Тарас Белей Вратарь
12 января 1948 1968, 1970 2 0

Тарас Белей: «В перерыве игры с Динамо в раздевалку забежал кгбшник: Снимай сине-желтую форму!»

Футбол24 60 0 Автор: Любомир Кузьмяк - 16 ноября 2017

Интервью Любомира Кузьмяка с легендарным голкипером Ивано-Франковского Прикарпатья, «Чилавертом» украинского разлива.

Сейчас уже точно никто не скажет, когда впервые украинский вратарь исполнил пенальти, но точно известно, что Тарас Белей стоял у истоков этой необычной футбольной традиции. В 90-х мир восхищался Чилавертом и Рожерио Сени, а на Украине не было равных Михаилу Бурчу. Однажды голкипер «Волыни» признался — его «учителем» был именно Тарас Белей.

Но известен он не только благодаря пенальти. Белей является настоящей легендой Ивано-Франковского футбола. За его спиной десяток сезонов на страже ворот родного клуба, а также роль дублера Владимира Маслаченко в московском «Спартаке» эпохи Логофета и Хусаинова. А еще много воспоминаний: о неповиновении Никите Симоняну, шизофрении одного из коллег, тренере, который мог поднять руку на игроков, людях с автоматами на улицах Сирии, негодующем Льве Яшине с кепкой.

«Ковалюк подобрал уникальную систему»

— В январе вам исполнится 70. Это довольно почтенный возраст и серьезная дата. Однако вы ловко ездите за рулем и проводите активную старость, занимаясь бизнесом.

— Я не чувствую себя на свой возраст. Хотя спортом занимаюсь мало. Только пробежки — исключительно для себя. Мышцы не те, а сделать определенные упражнения хочется. Поэтому учитываю это и рекорды не устанавливаю.

— Как насчет рыбалки?

— Прекрасно! Стараюсь каждую неделю на ночь отправляться на озеро. Это определенный стимул для меня. Переночуешь на природе на свежем воздухе и чувствуешь себя по-другому.

— Любите побыть в одиночестве?

— Нет, друзья составляют компанию. Есть любимые места в Тлумацком районе. Не проблема даже если без улова, главное — замечательная атмосфера.

— Когда-то вы зареклись — на матчи родного «Прикарпатья» ни ногой. Сейчас команда находится в топе группы «А» Второй лиги. Не изменили мнение?

— Я слежу за выступлениями команды. Мне в психологическом плане тяжело. Сейчас мне импонирует Владимир Ковалюк как тренер, ему удалось подобрать ту уникальную систему, с которой начинались иванофранковские «Спартак» и «Прикарпатье». Тренер формирует коллектив из местных ребят разного возраста. Главное — ансамбль. Людям это нравится. Молодежь можно вводить постепенно. У этой команды я вижу будущее.

— Ветеранам в основном не нравится современный футбол.

— Надо отметить, что футбол сейчас идет другим путем. Мы любили футбол, а потом деньги. Сейчас побеждает рационализм. Это, наверное, правильно. Немало случаев, когда с футболом закончил, а жизнь не сложилась — ни здоровья, ни денег. Я сам завершил активные выступления и столкнулся с этим. Размер моей пенсии составляет 1100 гривен с копейками. Прожить на эти деньги практически невозможно. Хотя зарабатывали мы хорошие суммы — в игровой период получали в пересчете 1000 долларов. Сейчас с бухгалтерией проблем много — стажа людям не досчитывают.

«Часть команды купалась в яме с водой»

— Вас можно назвать необычным вратарем, учитывая ваш рост — 172 сантиметра. Почему оказались в воротах?

— Я хоть и родился в самом центре Ивано-Франковска, но в футбол играл постоянно. Били окна, воевали (улыбается). В школе играл в поле. Но однажды участвовал в турнире «Кожаный мяч» и в команде не оказалось вратаря.

— Вы же не были самым высоким в команде?

— Нет, но имел врожденную прыгучесть и хорошую реакцию. Впоследствии развивал эти навыки, играл в воротах за старших. Затем получил приглашение от местных тренеров: Маркиана Юрьевича Рипана и Василия Николаевича Чепиги. С этого все началось.

— В «Карпатах» образца 1969-го выступал ваш коллега Виктор Турпак. Рассказывают легенды, мол, вратарь перепрыгивал в кирзовых сапогах спиной гимнастического козла.

— Козла я тоже перепрыгивал — это элементарно. Прыгучесть тренировал на аллее рядом со стадионом, соперничали с ребятами, кто дотянется головой до веток на дереве. Защитник Богдан Копитчак, который также играл в «Карпатах», был моим главным конкурентом, но я, конечно, побеждал. Я со своим ростом и головой, и ногой до перекладины дотягивался.

— Легендарный чешский вратарь Планичка, известный тем, что на чемпионате мира 1938-го доигрывал матч со сломанной рукой, считается одним из лучших голкиперов прошлого века. Его рост также составил 172 сантиметра.

— Я не имел возможности следить за игрой Планички, но, конечно, слышал о нем. А взять к примеру вратаря московского «Динамо» 40-х Алексея Хомича? У него было также 172 сантиметра.

— Вашим первым тренером был Мирослав Думанский, отец Ярослава Думанского, выдающегося футболиста «Карпат» и «Динамо». Легенда, не так ли?

— Это тренер, который умел поддержать дисциплину. Главное качество наставников старой школы — умение привлечь. Приведу пример — после дождя сильно наполнилась яма для прыжков. Тренер ставит задачу — кто сможет перескочить с места эту яму. Понятно, что часть команды купалась в яме с водой (смеется). Это был большой стимул для нас. С разгона перескакивали почти все.

«Церковь, где крестили Микульца сгорела, а с ней и метрика»

— В профессиональный футбол вы попали рано?

— Я еще учился в 10-м классе, когда получил приглашение в Ивано-Франковский «Спартак». Там было два вратаря, я просто тренировался с ними. На носу были выпускные экзамены, но кто-то из коллег травмировался, и меня взяли на спаренный выезд в Сумы и Харьков. Приняли решение доверить мне место в старте — сначала мы победили в Сумах 2−0, а затем сыграли вничью 0−0 в Харькове.

— С футболом — понятно, а что было с экзаменами?

— Директор школы встретил с улыбкой. Один экзамен сдал без проблем — написал сочинение. А вот с физикой было непросто. Директор попросил учительницу: «Надо, чтобы парень сдал». Она ответила: «Пусть сдает». Ее муж в облисполкоме работал, поэтому никто на неё повлиять не мог. Но я все-таки сдал (улыбается).

— Вашим старшим коллегой в воротах был Эмиль Микулец, неординарный голкипер. Стоит только сказать, что он был старше вас почти на 12 лет. Хотя дата его рождения тщательно скрывалась…

— Да, сам Микулець рассказывал, что закарпатская церковь, где его крестили, сгорела, а вместе с ней и метрика. Поэтому точной даты никто не знал. Думаю, Эмиль всё-таки владел этой информацией, просто не хотел делиться. В 50-х он играл в киевском «Динамо» и московском «Спартаке». Эмиль очень много мне помогал. Его слово было определяющим, когда меня брали в команду. Он видел, как я стараюсь на тренировках.

— Еще один интересный факт из жизни Эмиля — в начале 60-х он начал исполнять пенальти, став одним из первых украинских вратарей, кто взялся за это дело.

— У нас было множество споров на тренировках — кто кому больше забьет. Со временем я перенял это умение и тоже подходил к отметке.

— Династия футбольных вратарей-пенальтистов после Микульца и Белея продолжилась усилиями Михаила Бурча. По крайней мере, выдающийся вратарь «Волыни» как-то признался, что брал пример именно с вас.

— Бурч — неплохой парень. Михаил старался взять все самое лучшее. По характеру он флегматичный, хотя карьеру вратарскую сделал хорошую.

— Вы реализовали все свои пенальти в карьере?

— Ошибся один раз — попал в штангу (улыбается). Я играл за Смоленск в переходных матчах за выход в Первую лигу. Тогда действовало правило — после ничьей пробиваются пенальти. Вратарь бросился в другой угол, но поле было неровным и мяч полетел не так, как я планировал.

— Тренер кричал после этого?

— Мне пришлось выручать — выхода не было. Взялся отражать удары соперника.

— За карьеру было много тренеров-противников вашего хобби?

— Только Виктор Лукашенко в нашем «Спартаке» предостерегал: «Не иди никуда. Не забьешь, сразу на наши ворота атака и все». Слушался? Шел все равно пробивать, если был уверен.

«Симонян не любил Маслаченко»

— Ивано-Франковский «Спартак» 60-х — команда громких имен: Терлецкий и Богачик из «Динамо», Русаков из «Карпат», Воронюк из «Буковины». Кого вспоминаете в первую очередь?

— Иван Терлецкий играл в «Динамо» и запомнился мне светлой головой. Невысокого роста с великолепным пасом и ударом. Очень интересный игрок! Владимир Воронюк — крайний нападающий с хорошей скоростью. Сергей Богачик был защитником от Бога, читал игру. Худенький, невысокий, но сильный защитник. Николай Русаков? Футбол у него был не на первом месте.

— В 20-летнем возрасте из Ивано-Франковска вы перебираетесь в московский «Спартак». Невероятный трансфер в то время?

— В 1967-м в нашем городе проходил профсоюзный турнир, где выступали ребята из всего СССР. У нас была тренировка, которую посетил один из руководителей московского клуба Андрей Старостин. «Вот, возьмите его в спартаковскую сборную», — сказал один из братьев Старостиных, намекая на меня. Съездил я с этой сборной на турнир в Закарпатье, потом затишье. Однажды Микулец спрашивает: «Что там у тебя с Москвой?» Я ответил, что на связь они не выходили. Эмиль тут же позвонил в «Спартак» и Старостин заверил, что меня возьмут на сборы с главной командой. Впоследствии так и произошло.

— Формально братьев Старостиных можно назвать основателями «Спартака». Про Николая, Александра, Андрея и Петра сказано очень много. Что это были за люди?

— Андрей и Николай — патриархи футбола, настоящие интеллигенты. Очень любили футбол и формировали коллектив по определенным принципам. Подбирали исполнителей не только за футбольные качества. Большую роль играли человеческие качества потенциального новичка.

— Говорят, что у Андрея, которого вы, вероятно, знали получше, было две страсти: ипподром и карты.

— Про карты ничего не скажу, а о лошадях — чистая правда. Интеллигенция тогда собиралась на лошадиных скачках и проводила там время.

Старостины

— Как команда приняла молодого парня с Украины?

— Неоднозначно, каждый по-своему. В то время у нас было 4 вратаря, которые в целом хорошо меня приняли, работали в парах на сборах.

— Один из киперов — ваш земляк из Украины, криворожец Владимир Маслаченко.

— Я очень его уважал. Маслаченко очень много помогал мне. Это сильный вратарь, благодаря которому команда выиграла серебро в 1968-м году. Защиты у нас практически не было — в центре обороны играли два полузащитника. О чем еще говорить? Вообще он был своеобразным вратарем. Никита Симонян его не любил. И я за это пострадал. Наш тренер был таким, что не терпел, когда ему противоречат. Нельзя было выражать свое мнение. В 1969-м в команду взяли Анзора Кавазашвили, который был призван заменить Маслаченко.

— Почему Маслаченко искали замену?

— Симонян на собрании выразил мысль: «В» Спартаке «худшие показатели у вратаря Маслаченко», а я начал смеяться в ответ. Человек же вытащил команду. Кто-то хотел еще выступить на защиту. Маслаченко придержал: «Не нужно, молчи». Но я все равно свое мнение впоследствии высказал. После этого Симонян понял, что от меня тоже надо избавиться.

— Говорят, у Маслаченко была особое строение рук и многократно поломанные пальцы.

— Действительно, немного сутулый с длинными руками, поэтому создавалось такое визуальное впечатление. По пальцам да, у Маслаченко они почти все были сломаны. На тренировках ребята по 50 минут беспрестанно сильно били. А если мяч намокнет? А еще с отскоком от травы! Пальцы ломали только так.

— У вас много переломов?

— Меня эта участь миновала. Только большой палец на правой руке ломал — земляк постарался (улыбается). Тарас Шулятицкий из московского ЦСКА летел на мяч, который я уже накрыл. Потом извинялся — это же футбол, надо биться до последнего.

— У вас были необычные перчатки?

— Ничего необычного — только нашивал на шерстяные рукавицы резиновые шипы для приема. Стандартные советские черные перчатки — самые надежные. Старая школа вратарей фиксировала мяч сразу. Новое поколение в белых перчатках работало по-другому. Они отражали мяч о землю. Поэтому существовала категория форвардов — пытались поймать киперов на отскоке. Маслаченко учил меня, чтобы я фиксировал мяч сразу.

— Очевидцы рассказывают, что Маслаченко периодически играл в кепке.

— Только в солнечную погоду. Микулец, кстати, также играл в кепке. Я только раз или два выходил с ней на поле. И снимал — мешала только. Кстати, Володя любил много одежды надеть на себя — таким образом увеличивал потоотделение.

— Как оцените деятельность Маслаченко-журналиста?

— Интересно было слушать. Имел свое мнение, часто шел наперекор всем. Прямой человек. За это его не любили.

«Хусаинов подсадил меня на джаз»

— Чем вас поразила Москва?

— Утром выходишь на бульвар, а на тротуарах лежат пьяницы. В Ивано-Франковске такого не было, я не привык к этому. Люди лежали даже на трамвайных рельсах. Я жил в начале Волгоградского проспекта, где под магазином видел интересную картину — стоит женщина с бутылкой и стаканом, наливает алкоголикам и получает за это деньги.

— В «Спартаке» вы играли с Виктором Евлентьевым, который в 1966-м выступал за «Карпаты». До и после этого он немало поиграл в ведущей команде Москвы. Во Львове о нем знают сейчас немного.

— Он как раз любил воспользоваться ошибкой вратарей, легко обворовывал защитников, классно играл на добивании — имел чутьё. Ушел из мира рано — говорят, погиб в автокатастрофе.

— Звездами того «Спартака» были Геннадий Логофет и Галимзян Хусаинов. Что за игроки?

— Логофет был бойцом — сам бил и хорошо получал в ответ. Хусаинов — очень трудолюбивый и интересный человек. Не раз был у него в гостях, мы как-то сдружились с ним. Именно он меня подсадил на джаз. Галимзян слушал Армстронга, Эллу Фицджеральд. В команде за музыку отвечал только он — часто брал магнитофон в автобус.

Галимзян Хусаинов

— Жизнь Хусаинова сломал один трагический случай в семье.

— Он уезжал в расположение сборной, остановился у подъезда, машет рукой. Жена и трехлетняя дочь открыли окно, махали ему вслед, прощались. Жена побежала на кухню, забыв об окне. Дочь залезла на подоконник — и выпала с шестого этажа. Это была трагедия. Тем более, жена после этого больше не смогла родить. В футболе Хусаинов был машиной, соблюдал режим, в отличие от многих. Жаль, что этот случай так повлиял на его жизнь.

— Большая часть игроков вашего «Спартака» рано ушла из жизни. Вратарь Владимир Лисицын, например, повесился.

— Скажу честно, у Володи шизофрения давно развивалась. Спим на базе в Тарасовке, вдруг слышу — кто-то над кроватью дышит. Открываю глаза — стоит Лисицын сам не свой, смотрит на меня. Это при том, что жил он не в моем номере. Мог ходить так по ночам, как лунатик.

— В «Спартаке» вы сыграли только два матча. Сначала были за спиной у Маслаченко, а потом пришел Кавазашвили. Не получили шанса?

— В плане вратарской солидарности Анзор поступил очень несолидно. Только пришел, сразу начал будоражить коллектив, создавать проблемы. У меня со всеми вратарями всю жизнь были замечательные отношения. Ты сильнее? Ты и играешь. А когда начинается грязь… Кавазашвили, кстати, также на меня что-то наговаривал Симоняну. Вратарь хороший, но человеческие качества оставляли желать лучшего.

— Кто считался главным талантом того «Спартака»?

— Николай Абрамов, однако любил выпить, что его и погубило. Одним из лучших был Василий Калинов. Феноменальный футболист, мог обвести полкоманды. Зимой играли в зале, тренировали прием. Бьешь ему со всей силы в грудь, а он спокойно принимает и опускает мяч на ногу. Средняя линия очень классная у нас была: Папаев, Калинов, Киселев. Вите Папаеву не повезло — поехали вместе на сборы, он поспорил со мной, кто выше подпрыгнет. Поскользнулся, упал и сломал руку. А еще был склонен к полноте. Возвращался на поле трудно.

— Калинов пропал без вести в 1996 году.

— Тяжелая судьба. Помню о нем футбольный анекдот. Играем с московским «Динамо» — Вася прошел нескольких соперников, вышел один на один с Львом Яшиным и взглядом показал, что будет обводить, а на самом деле покатил мимо вратаря. Забил гол и воскликнул: «Лев Иванович, привет!» Легендарный вратарь лишь кепку вдогонку со злости швырнул.

«Пробежали 10 км, подошли к автобусу, а он бац! И поехал»

— Вместе со «Спартаком» вы покатались по миру — Ливан, Иордания, Сирия. Что поразило больше всего?

— Очень понравился Ливан, особенно столица Бейрут. Ощущалось европейское влияние и колониальное французское прошлое. В Сирии вообще цирк был — играем в футбол, над полем пролетает самолет. Все болельщики достают оружие — начинают стрелять! Каждый при оружии, все хотят воевать. Идешь по городу, на улице сидит человек с автоматом в руках. Дети рядом играют … А Иордания вообще отсталая и очень грязная страна.

— Вы дебютировали за «Спартак» в 1968-м в матче с «Араратом», выйдя на замену. Вышли при 3−0, но все-таки пропустили.

— На последних минутах произошел рикошет. Симонян это воспринял нормально. Зато в 1970-м, когда я вдруг вышел против ростовского СКА, стенка разлетелась, мяч срикошетил. В раздевалке начал кричать: «Как ты стенку ставишь?»

— Почему в этом матче играл не Кавазашвили, а вы?

— Чуть раньше играли спарринг с «Карпатами» во Львове. Партнеры по команде предложили Симоняну поставить меня в старт. Тренер гнул свою линию, поэтому выпустил только на второй тайм. Я хотел играть! После матча Симонян объявил: «Против СКА в чемпионате играет Лисицын, а Тарас пусть сидит». У меня настроение пропало. Перед самой игрой Лисицын заявляет: «Я не могу играть». Меня в экстренном порядке выпустили на поле. «Сплавили».

— Не пытались поговорить со Старостиным?

— Он видел мой конфликт с Симоняном и говорил: «Тренеры не вечны. Оставайся». А у меня как раз мама умерла. Один брат жил в Эстонии, у другого своя семья. Надо было за отцом следить. В Ивано-Франковске тренировал Вадим Кириченко. Начал убеждать меня, чтобы я вернулся домой. Договорились со Старостиным, что при случае снова приеду в Москву.

— В 1970-м вы возвращаетесь в Ивано-Франковск, где за местный «Спартак» выступают Лазуркевич, Копитчак, Краснецкий, Рыбак, Дирив. Ваши впечатления от уже новой для вас команды?

— Она была приличного уровня. Возглавлял наш «Спартак» Вадим Кириченко, который много лет играл в Киргизии. Тренер неплохой, но специфический и жесткий — мог на подопечного руку поднять. В коллектив влился Степан Чопей, вернувшийся из «Динамо». Был еще Петр Кушлык — почти без техники, зато много желания. Спрашивал тренера: «Можно бросаться под мяч?» (Улыбается). Футболу Петр отдавался с головой. Впоследствии команду принял Михаил Михалин. Наоборот слишком мягкий специалист, у которого все на эмоциях. Пришел вместе с Виктором Лукашенко, и команда заиграла.

1977, сборы в Алуште. Игроки Спартака — Копитчак, Белей, Дирив, Кушлик. Сидит — Пристай

— Ему помогал Александр Кольцов, экс-игрок «Динамо» и «Карпат». Что за специалист?

— Хороший человек, который много времени уделял футболистам. Например, мы часто оставались после тренировок, и он пробивал мне по воротам. С другими игроками тоже не раз «возился».

— В определенной степени схожие методы были и у Виктора Жилина — следующего тренера «Спартака».

— Да, еще один жесткий наставник. Особенно перегибал палку в физической подготовке. На собрании в Севастополе нас высадили из автобуса и тренер командует: «Бегите 10 километров». Мы подчинились, пробежали. Подошли к автобусу, а он бац! И поехал. Мы 5 километров снова бежим. Начался бунт, ребята молчать не могли. Жилин объяснил это просто, обращаясь к водителю: «Уж больно красиво они бегут. Поехали!» Как тренер он сразу потерял авторитет.

— Перебор?

— Разве это нормально давать установку защитнику: «Убей соперника, отгрызи ему ноги»?

«Ребят из самолета выносили на руках»

— Команда выразила недоверие Жилину как раз накануне кубкового матча с «Динамо»?

— Во время поединка он уже сидел на трибуне. Один из нападавших Владимир Шишков, которого Жилин пригласил в Ивано-Франковск, вышел один на один с вратарем, но сознательно не попал в рамку. С той позиции трудно было не забить. В коллективе начали подозревать, что сделал это намеренно.

— Это был не единственный необычный эпизод, связанный с Жилиным накануне игры с киевлянами …

— Тренера вызвали в Федерацию. Суть: «Вы что, приехали сюда выигрывать?» Тренер, видимо, испугался и в день игры в 12:00 провел нам интенсивную тренировку.

— И все же на перерыв ушли при 0:0. Говорят, во время отдыха произошел еще один интересный эпизод.

— К нам в раздевалку забежал кгбшник. На игру я вышел в сине-желтой форме. Поэтому он приказал: «Снимай сине-желтую форму! Снимай шорты немедленно!» Более того, на трибуне болельщики принесли украинский флаг. Люди не пропускали милицию, началась драка и кто-то упал со второго яруса.

— Какой была ваша реакция на требование снять синие шорты?

— «Мне что, красные одеть? Вам будет легче? Других не имею», — сказал и вышел на второй тайм в той же амуниции. Я надевал ее без особого подтекста. Вот румынская команда с Бая-Маре к нам приезжала. У них тоже сине-желтые цвета. Их тоже надо было переодевать? Алма-Ата тоже в таких цветах. Более того, однажды всю нашу команду заставили переодеваться.

— Почему?

— Румыны нам эту сине-желтую форму подарили. Мы вышли на предматчевую разминку, но нас заставили сменить цвета. Боролись до идиотизма. Люди же даже внимания не обратили. Когда мы сменили форму, тогда и увидели. Стадион начал свистеть!

— В том кубковом матче «Динамо» в итоге победило 2:0.

— На игру мы вышли ослабленными из-за той тренировки. А «Динамо» Лобановского было мощным. Вообще считаю, что Валерий Васильевич перерос советский футбол. Это фигура мирового масштаба. Кстати, первый гол нам тогда забили с нарушением правил. Записали, что гол Бережной забил, но все было не так. Я бросился на переднюю штангу, где Бережной влетел в меня двумя ногами. Чистое нарушение! Фоменко просто добил в ворота — 1:0.

— Перед вышеупомянутой игрой с «Динамо» вы одолели «Арарат». В серии послематчевых пенальти вы отразили удары Андриасяна и Мартиросяна, а затем реализовали свой пенальти.

— Я выполнял решающий удар. Волновался? Нет. Был уверен. Знал, что забью. На опыте обманывал вратарей. В конце карьеры показывал, что пробиваю в один угол, а направлял мяч в сторону. Был свой секрет (улыбается).

— В 1972 году «Спартак» стал победителем турнира класса «Б». Решающий матч сезона с «Даугавой» подарил Ивано-Франковску одну из самых ярких футбольных побед в истории.

— Я на тот момент числился в армии. Договорились в обкоме партии, и мне удалось вырваться из казармы на поединки с латышами. Первую игру неудачно провели и уступили 0:1. Перед ответным матчем знакомые игроки «Даугавы», в частности Василий Босой, который играл в «Динамо», «Шахтере» и «Черноморце», спрашивали: «Что вам обещают за выход в Первую лигу? Нам по 10 000 рублей и по автомобилю каждому».

— Большие премиальные?

— За эти деньги можно было «Волгу» приобрести. Латвийцы имели стимул — партия давно ставила серьезные задачи. Наши премиальные? 40 рублей (смеется) Потом выбили надбавку — 60 рублей. Несмотря на обстоятельства, победили 3:1 и вышли в Высшую лигу. Валерий Голубцов сыграл сильно — забил дважды. Прибалты плакали от отчаяния.

— Как команду встречали в Ивано-Франковске?

— Я вернулся в армию, а ребят выносили из самолета на руках. Они вернулись из Симферополя, где проходили два матча и поехали на празднование в кинотеатр «Космос». Город гулял!

«Мунтян пытался гнуть линию Лобановского»

— Вместо Высшей лиги со «Спартаком» вы поехали в Смоленск. Неужели сами принимали такое решение?

— Смоленская «Искра» организовала весь этот процесс с армией. У меня была московская прописка и я был закреплён за Московском ВО. Выдали приказ — не выпускать меня за его пределы. Приехал на сборы в Севастополь, стою рядом с начальником команды: «Смотрите, кого я вам привез», — представил меня тот. Команда была сильная — половина приехала из московских клубов. Поработали они неплохо с селекцией.

— В 1975-м вы снова вернулись в «Спартак» и могли наблюдать за первыми шагами в футболе Ярослава Думанского. Поражал уже тогда?

— Хорошая скорость, неплохие данные. Только вот вес любил лишний набирать. Отец привёл его с братом на стадион в детстве: Ярослав заиграл, а брат — нет. Половину детской жизни ребята провели на стадионе. И Ярослав попал к хорошему тренеру — Юрию Шайкину, известному в наших краях. Это специалист, который выпустил в свет многих воспитанников. Если видел потенциал в ребенке, то мог всю группу отбросить и посвятить себя только одному.

— Еще один талантливый парень, начинавший на ваших глазах — Богдан Дебенко. За ведущие клубы города он провел не один сезон, потом стал игроком «Карпат». Богдан Федорович рано ушел из жизни — в 36.

— Положительный парень, самоотверженный и бесстрашный. Погиб трагически — отдыхал с друзьями, увидел лошадь и захотел покататься. В итоге неудачно упал и смертельно травмировал позвоночник.

— Еще два таланта раскрылись на ваших глазах — Николай Пристай и Игорь Юрченко. Чем вам запомнились?

— Николай поражал своей скоростью и имел серьезный потенциал. Думаю, мог лучше раскрыться в другой команде. По Юрченко — классный полузащитник. Я рекомендовал его в юношескую сборную СССР, которую тренировал мой товарищ Николай Киселев. Игорю немного не хватало скорости для такого уровня, о чем говорил Николай. Хотя Юрченко сделал очень много для Ивано-Франковского футбола.

Белей

— В конце 70-х в «Спартаке» каждый сезон менялись тренеры: экс-игрок «Шахтера» и «Динамо» Виктор Фомин, затем легенда киевского клуба Евгений Рудаков.

— Здесь не особенно давали работать, особенно Рудакову. Фомин в противовес Жилину был слишком мягким, слабохарактерным. Много переживаний, нервов, неуверенности.

— 1981-м Ивано-Франковский «Спартак» превращается в «Прикарпатье». Банальная смена ведомства?

— Да, но этот процесс не был простым. Сначала даже протестовали против изменения названия. Но не из-за нежелания называться «Прикарпатьем». Шла речь, чтобы назваться «Кристалл», как команда от завода «Позитрон». Компромиссным вариантом выбрали «Прикарпатье».

— Вы больше десяти сезонов провели в родном клубе. В соседние «Карпаты» не приглашали?

— И в «Карпаты», и в львовский СКА. Чтобы уйти от армейцев пришлось бежать из дома посреди ночи (улыбается). Вариант с «Карпатами» рассматривал, но потом решил, что дома лучше.

— От львовского СКА вы сбежали, но в конце карьеры всё-таки стали игроком СКА из Киева.

— Это был 1982-й. Виктор Фомин и Владимир Капличный тренировали СКА. Фомин-то и позвонил и сказал, что у него проблема с вратарями. А я уже полгода вообще не играл, заканчивать собирался. «Приезжай, а то один вратарь демобилизовался, а другой травмирован», — говорил Виктор Трофимович. Команда находилась в не лучшем состоянии. За игру у меня могло быть от 10 до 14 выходов один на один. Это много говорит о нашей обороне. Впоследствии команду принял Владимир Мунтян, который поразил количеством физических нагрузок. Пытался гнуть линию Валерия Лобановского.

— Вы закончили с футболом в 36 Не было желания стать тренером вратарей?

— В 90-х немного поработал в тренерском штабе «Прикарпатья» с вратарями. Частично выполнял функции ассистента главного тренера. Сейчас полностью отошел от футбола. В таком возрасте хочется только наблюдать со стороны.

Источник: https://football24.ua
Достижения
Чемпионат СССР
* Турнир учитывается в достижениях игрока в случае, если он сыграл хотя бы в одном матче турнира
Сезон Чемпионат СССР Итого
ИгрыГолы ИгрыГолы
1968 1 0 1 0
1970 1 0 1 0
Итого 2 0 2 0
Итого 1968 1970
Команда ИгрыГолы ИгрыГолы ИгрыГолы
Арарат (Ереван, СССР) 1 0 1 0 - -
СКА (Ростов-на-Дону, СССР) 1 0 - - 1 0
Итого 2 0 1 0 1 0