Джику: «Первый год был сложным, но теперь я понял эту лигу»
— Впереди кубковый матч с «Родиной». Какое впечатление произвел этот соперник в 1-м туре чемпионата?
— Это команда, которая только что вышла в Премьер-Лигу. «Родину» тренирует испанский специалист, и принципы игры у нее во многом схожи с нашими. Обратил на это внимание, когда мы изучали видео при подготовке. В матче чемпионата мы победили, но нельзя сказать, что это было просто.
— Ты здорово провел матч с «Зенитом», в котором мы сыграли «на ноль» и набрали три очка.
— Конечно, был очень рад, что получилось хорошо выступить, победить и порадовать болельщиков. Для всех в «Спартаке» это важное противостояние. Одна из главных афиш во всем российском футболе. И здорово, что получилось восстановиться к этому моменту, потому что после травмы у меня было меньше времени на подготовку к сезону. Это был непростой период, и я рад, что все завершилось удачно.
— Отдельное внимание было приковано к твоей дуэли с Соболевым на фоне пенальти в концовке Суперкубка: тогда ты допустил игру рукой в борьбе именно с этим форвардом. А в матче РПЛ выиграл у него все шесть единоборств.
— Вижу, что в связи с его прошлым в «Спартаке» болельщики настроены к нему очень негативно. Понимаю, что представляет собой этот игрок. Я был готов и сосредоточен, как в противостоянии с любым другим футболистом. В Суперкубке случился очень неприятный пенальти. Конечно, тяжело переживал. Но это часть футбола, в такие моменты остается только готовиться и при следующей встрече бороться еще лучше. Поэтому я счастлив, что мы смогли взять реванш.
— Через несколько дней исполнится год, как ты стал игроком «Спартака». Как можешь оценить этот период?
— Прежде всего очень рад, что принял тогда это решение. Потому что, признаюсь, некоторые сомнения были. Мало что знал о России и о чемпионате, волновался. Но в итоге я очень доволен. Моей семье здесь хорошо. Горжусь тем, что выступаю за великий для России клуб. Спасибо спортивному директору Франсису Кахигао и тогдашнему тренеру Деяну Станковичу, которые донесли до меня, насколько это большая команда и как все болельщики соскучились по титулам.
Наша цель сейчас — выиграть чемпионат. Думаю, с тем уровнем игры, который мы показываем, и с нашими прекрасными болельщиками это вполне возможно. Кубок России мы уже взяли. Такие большие победы придают дополнительную мотивацию.
Первый год был сложным. Естественно, как и любому футболисту, мне нужно было познакомиться с чемпионатом, понять уровень соперников, оценить интенсивность игры в целом. Это обычный процесс адаптации. Сейчас мне, конечно, уже проще.
— Ты сказал, что перед переходом в «Спартак» были сомнения. Что убедило согласиться на трансфер?
— На положительное решение повлияли главным образом амбиции клуба. Я увидел, что в «Спартак» перешел такой большой игрок, как Жедсон. Для меня это стало доказательством того, что здесь действительно намерены бороться за титулы не на словах, а на деле. Кроме того, меня заверили, что в Москва — замечательный и безопасный город.
— Кристофер Ву признался, что не ожидал увидеть российскую лигу такой сложной в плане требований к «физике». Согласен, что борьбы у нас больше, чем в Турции и даже во Франции?
— Согласен с Кристофером. Я был весьма удивлен в своем первом же матче — дерби против московского «Динамо». Получил по полной программе: уже на первых минутах мне разбили нос, потом было еще несколько очень жестких стыков. Пожалуй, требования к атлетизму и умению вести единоборства здесь действительно даже повыше, чем в Лиге 1.
— Чем еще отличается чемпионат России от французской лиги, где ты провел более 200 матчей за «Бастию», «Кан» и «Страсбур»?
— Лига 1 выше уровнем в плане тактики. Там соперники моих команд явно уделяли этому больше внимания на тренировках. А здесь часто играют только на контратаках. И «Спартак» — один из немногих, кто, как лучшие во Франции, стремится много владеть мячом, атаковать позиционно. Конечно, тяжело, когда против тебя используют низкий блок и прямолинейно отбиваются. Но это наша философия игры.
— Тебе нравится такой стиль?
— Да, философия «Спартака» мне полностью подходит. Я не люблю оставаться в низком блоке и только обороняться. Мне нравится, когда моя команда владеет инициативой, использует высокий прессинг и стремится играть в динамичный футбол. В «Фенербахче» и в «Страсбуре» у нас был примерно такой же стиль.
— Зимой у «Спартака» сменился тренер. Что нового это принесло тебе лично и коллективу в целом?
— Прежде всего хочу отметить, что Карседо — очень внимательный к деталям тренер. Даже можно сказать — дотошный. Он работает над каждой мелочью, с каждым игроком отдельно. На видеоразборах, на тактических занятиях мы очень подробно обсуждаем, что и как нужно делать. На поле — то же самое. Как постоянно применять контрпрессинг, как быстро переходить в атаку, как правильно блокировать удары, опережать соперника, чтобы быстро отобрать мяч. Но еще важнее, наверное, то, что Хуан Карлос делает из нас команду. Мы не просто набор людей, а действительно коллектив. Все делаем вместе. Это поднимает командный дух и помогает на поле. В том числе не сдаваться в сложных ситуациях, даже если проигрываем. Тренер объясняет нам важность каждодневной работы, дисциплины и внушает уверенность в своих силах. Для всех игроков, мне кажется, такое позитивное отношение и атмосфера единства очень важны.
— В твоей карьере было много тренеров. Работу с кем из них особенно ценишь?
— Каждый тренер, с которым я работал, чему-то научил. У каждого свой подход, свой стиль, свои тактические схемы и задумки. Могу выделить Жюльена Стефана, который был моим наставником в «Страсбуре». Конечно, большим опытом стала работа в «Фенербахче» с Жозе Моуринью и Исмаилом Карталом. Со Станковичем у меня тоже сложились отличные отношения.
— После завершения карьеры игрока можешь представить себя тренером? Или это не твой путь?
— Как раз подход к тренерству Карседо заставил меня об этом задуматься, потому что он дает игрокам много ответственности при разборе соперников. Порой даже заставляет нас подробно анализировать тактику, задает много вопросов. То есть мы должны постоянно размышлять, действовать в том числе как тренеры. И мне понравилось чувствовать себя в этой роли, хотя раньше об этом даже не думал.
— Как ты ведешь себя в коллективе с учетом большого опыта? Берешь на себя лидерство?
— В целом я довольно спокойный человек, но в команде много молодых ребят, и я понимаю, что должен быть им примером. Показывать, насколько важны постоянная работа и дисциплина, что нужно каждый день выкладываться на полную. И очень важна коммуникация: стремлюсь доносить до игроков, что нужно постоянно держать концентрацию, и только так можно стабильно побеждать.
— Ты всегда пересматриваешь свои матчи, просишь у видеоаналитиков материалы о форвардах соперников, изучаешь углубленную статистику. Очень скрупулезный подход.
— Делаю все это уже больше 10 лет. Всегда стараюсь как можно лучше изучить соперника. Смотрю видео и разбираю эпизоды с нападающими, против которых буду играть, чтобы узнать их сильные и слабые стороны. Убежден, что во время матчей это помогает мне выигрывать больше дуэлей и приносить пользу своей команде. И в целом такой подход помог стать лучше, дорасти до того уровня, на котором я нахожусь сейчас.
— С кем из форвардов других команд в России тебе пришлось сложнее всего?
— Самые опасные нападающие — те, кто много забивает. Поэтому могу назвать Кордобу — он динамичный, техничный и очень хорошо играет с мячом. Но не менее сильны и наши нападающие: Угальде, а теперь и Даку.
— Против каких форвардов тебе комфортнее играть — больших, как Мирлинд, или таких, как Манфред?
— Пожалуй, проще играть против таких нападающих, как Даку, потому что они физически мощные и больше полагаются на силу, на единоборства. А это как раз мой стиль. С более мобильными игроками, которые больше полагаются на выбор позиции, мне сложнее, но в российском чемпионате нападающих типа Угальде не так много, и это наше преимущество.
— А если говорить не только про чемпионат России, а про твою карьеру в целом, какой форвард соперника тебя особенно впечатлил?
— Я много с кем сталкивался из нападающих высокого класса. Но Мбаппе сильно выделяется на общем фоне. Против него было очень сложно. Хотя в последней встрече у него мало что получалось, а забил он только с пенальти в компенсированное время. «ПСЖ» в те годы не был таким отлаженным механизмом, как сейчас, но индивидуальное мастерство тройки Месси — Неймар — Мбаппе все равно решало.
— В «Страсбуре» тебя называли Ван Джику, отсылая к Вирджилу ван Дейку (ваши фамилии пишутся похоже: van Dijk / Djiku). На кого еще ориентировался как центральный защитник?
— Было очень лестно, когда меня так называли. Я, может быть, неплохо играл, но до голландца все равно было далеко. Помимо него, могу назвать Тиаго Сильву и Серхио Рамоса. Вот мой Топ-3 защитников, на которых я равнялся. У них разный стиль, но все трое по-своему уникальны и сильны.
— А кого можешь назвать лучшим центральным защитником сейчас?
— По итогам чемпионата мира выделю Упамекано.
— Раньше ты рассказывал, что внимательно следишь за испанским чемпионатом и хотел бы попробовать себя в Ла Лиге. Почему именно там?
— Моя любимая команда — мадридский «Реал». Восхищаюсь и уровнем физической подготовки игроков, и тем, как они владеют мячом, их техникой, мастерством. Вдохновляюсь таким футболом. В целом испанская лига, мне кажется, немного выигрывает у французской. Для меня это противостояние двух любимых лиг и сборных. Вот и на чемпионате мира испанцы оказались сильнее, хотя я ждал титула Франции.
— Победа в Кубке России стала для тебя первым большим трофеем в карьере. Но из-за травмы, полученной в финале против «Краснодара», пришлось пропустить чемпионат мира. Как ты переживал эту ситуацию?
— Победа в Кубке стала невероятным событием. Мы все были очень рады, ведь так много работали ради нее. Плюс вся моя семья была рядом. Круто разделить с близкими этот момент. Мой сын уже большой футбольный болельщик, и было настоящим счастьем отдать ему медаль.
И даже травма не омрачила эти впечатления. Конечно, поначалу я надеялся успеть восстановиться. Хотя бы к концу группового этапа. Но потом было обследование, по итогам которого стало ясно, что если я приму участие в чемпионате мира, то очень велик риск усугубить ситуацию и отправиться на операцию. Тогда пропустил бы до полугода. Поэтому мы все вместе — Футбольная ассоциация Ганы, «Спартак» и я — приняли решение не рисковать.
Было грустно, но сейчас я уверен, что это было правильное решение. Лучше не сыграть на чемпионате мира, чем надолго выбыть из игры.
К тому же у меня уже есть опыт игры на чемпионате мира в Катаре. Это прекрасные воспоминания — об атмосфере и уровне организации турнира. Это привилегия, мне уже повезло. Во-вторых, впереди чемпионат мира 2030 года в Испании, Марокко и Португалии. Может быть, еще смогу выступить там.
— У тебя есть образование, не связанное со спортом. Довольно редкая история для футболиста.
— Мне было не очень просто совмещать получение степени бакалавра в научной области и занятия футболом, но этого хотели мои родители. Очень рад, что в итоге все получилось. По-моему, очень важно для всех, и для футболистов в том числе, узнавать как можно больше нового и развиваться в разных областях. Это всегда поможет в любой работе, в любой сфере, которой ты занимаешься. В футболе — в том числе. Я считаю, что мне мои знания помогают.
— На кого ты учился?
— Вообще, я всегда любил математику. А по образованию — бакалавр в области естественных наук. Наверное, в России у вас примерно такая же система. В основном у нас был упор на физику, химию, естествознание и математику. Не был уверен, что смогу стать успешным футболистом, поэтому нужно было выбрать направление, которое могло бы открыть мне больше дверей. Литература или менеджмент — более узкие направления. Поэтому выбрал науку, чтобы потом можно было работать, например, физиотерапевтом.
— Ты любишь различные шоу и подкасты на тему бизнеса.
— Да, мне очень интересна эта тематика. Благодаря карьере у меня есть возможность неплохо зарабатывать. Убежден: важно правильно инвестировать, чтобы быть уверенным в будущем для себя и своих детей.
Например, есть программа «Кто хочет быть моим сотрудником?». Через нее можно помогать малому бизнесу на начальном этапе. Моя жена тоже этим интересуется. Считаю, правильно участвовать в стартапах, помогать талантливым людям, у которых есть какие-то уникальные знания и идеи, но им сложно получить начальные инвестиции.
— Еще одно твое хобби — настольные игры. С кем обычно играешь?
— Я вообще люблю все игры, в которых можно с кем-нибудь посоревноваться и победить. Часто играем в UNO с Жедсоном, Ву, Марки. Теперь к нам присоединяется Даку. Легкое и приятное занятие, которое помогает сплачиваться команде.
— Знаем, что, помимо инвестиций, ты занимаешься благотворительностью. В частности, в разгар коронавируса создал специальный фонд помощи больницам в Страсбурге.
— В тот тяжелейший период многие больницы не справлялись, была огромная нагрузка. Я помогал с транспортировкой больных, с медикаментами.
Конечно, не ограничивался помощью в ковид. Например, есть мальчик с синдромом Ангельмана, которого я поддерживаю уже несколько лет. Ему нужно было лечение в специализированном центре, потому что это очень редкое заболевание, и найти необходимую помощь очень сложно. Занимался этим, пока играл в Турции, и сейчас продолжаю. На связи с его родителями. Очень рад, что есть прогресс.
А еще в Гане, в родной деревне моего отца, помогаю школе, чтобы дети имели доступ к образованию.
— Ты родился во Франции, а играешь за сборную Ганы. Кем себя ощущаешь в большей степени — французом или ганцем?
— Мой отец — ганец, а мать — француженка. Считаю, что мне повезло. Ведь имею полное право считать себя представителем обеих культур. Это помогает быть открытым миру. Стараюсь передать это своим детям. Я впервые побывал в Гане, когда мне было 8 лет. Отец отвез меня в родную деревню показать, где и как он жил в детстве. И я сразу почувствовал большую привязанность, связь с этой культурой и страной. А потом стал играть за сборную, и это чувство только укрепилось. Ну, а Франция — это страна, где я вырос, с которой тоже чувствую большую связь.
— В Гане ты построил дом.
— Да, для своих родных. Я видел условия в деревне: было что исправить, и в течение нескольких лет я привел их дом в порядок.
— Расскажи про свою семью.
— Родители познакомились, когда отец приехал во Францию. Хотя сначала он учился в Лондоне. Вместе они стали жить в Монпелье. Мама — библиотекарь, папа — повар. Они всегда помогали мне и поддерживали. И у меня есть брат, который на год старше. Он спортивный агент и всю жизнь тоже связан с футболом. Последние четыре года представляет мои интересы.
Детство прошло в нормальных условиях: мы жили не бедно, но и не богато. Я очень ценю свою семью. Стараемся использовать каждую возможность собраться вместе на Рождество или во время летних каникул. Например, последний раз мы организовали поездку в Нью-Йорк всей семьей. Незабываемые моменты, ради которых мы и живем.
— Как прошла адаптация твоей семьи в России?
— Привыкнуть к жизни в Москве было несложно, потому что это большой, красивый и очень удобный город для жизни. Как я уже говорил, для нас также была важна безопасность. Мои дети учатся на французском. Сын занимается футболом, дочка — гимнастикой рядом с домом, зимой учились кататься на коньках. Для детей в Москве очень много всяких развлечений, парков. Любим все вместе гулять по центру. Были в Большом театре всей семьей, когда прилетали мои родители. Поэтому могу сказать, что в бытовом плане первый год в Москве получился очень хорошим. А дальше пусть будет еще проще и радостнее.
