«До конца оставался на позитиве». Каким футболистом и человеком был Василий Кульков

Есть футболисты крутые, титулованные, распиаренные, а есть (или только были?) — народные. Те, которых любят и ценят не только за футбольный дар и трофеи, но и за искренность, человечность, душевность. В «Спартаке» 1980-1990-х таких было двое-трое, наверное. Один из них — Василий Кульков. Или просто Вася, как его по-свойски, ласково называли в красно-белых кругах. Для них он всегда оставался родным, куда бы ни забрасывала футбольная судьба. И Кульков неизменно возвращался в «Спартак» — игроком, тренером. На первые роли не лез, в СМИ не красовался, однако честно служил клубу до последних дней своей недолгой, увы, жизни.

60-й день рождения — хороший повод вспомнить, а тем, кто помоложе, и узнать, каким мастером и человеком был Василий Кульков. Послушаем людей, которые были с ним рядом до конца.

От второй лиги до золота «вышки» — за три года!

Об уровне конкуренции и широте выбора у тренеров в Советском Союзе 1980-х лучше всего скажет послужной список юношеской сборной страны за одно десятилетие: чемпионы мира 1987 года, четырёхкратные призёры Евро. Мимо Кулькова всё это великолепие прошло (у него вообще отношения со сборными жутко не ладились). Но именно он, Вася Кульков, совершил удивительный подъём с самых низов отечественного футбола — от второй лиги до команды-чемпиона. Повезло с проводником? Бесспорно. Романцев довёл его от «Красной Пресни» через Владикавказ (тогда Орджоникидзе) до московского «Спартака». Но разве б стал начинающий тренер так долго возиться с молодым защитником, если бы не видел в нём громадный потенциал и желание? Ответьте сами.

Борис Поздняков
бывший защитник «Спартака», чемпион СССР 1989 года

«Вася начинал в дубле московского «Динамо» и в «Динамо» каширском. Не попадись он Олегу Ивановичу на глаза, кто знает, как сложилась бы его судьба. Романцев разглядел в парне талант, дал путёвку в жизнь. Многие поднимались из первой-второй лиги наверх, но не у всех получалось там удержаться. А тут — всё сложилось. Конечно, сказалась и целеустремлённость самого Васи. Первое время он с базы вообще не уезжал — жил в Тарасовке, тренировался, набирался ума-разума».

1988 год тренер Романцев и футболист Кульков завершили на 13-м месте в Первой лиге, а уже осенью 1989-го праздновали чемпионство в союзной «вышке». Не чудо ли? Защитник-новичок отыграл в «золотом» сезоне все 30 матчей — столько же набрал только вратарь Черчесов.

«Со здоровьем у него тогда было всё хорошо, выносливость — обалденная, — говорит Поздняков. — На уколах в том «Спартаке» редко играли, потому что травматизм в целом был минимален. Тренировочный процесс был выстроен правильно, нагрузку грамотно дозировали, поэтому и мышечных повреждений практически не было. А те, кто «соскакивал» с игры от небольшой болячки, никогда не были и не станут великими футболистами. Разве что в своих фантазиях. Признания добиваются те, кто готов на всё ради команды. Эти люди идут на самопожертвование, не задумываясь о последствиях. Вася — из их числа».

Игроки сборной СССР (слева направо) Борис Поздняков, Василий Кульков, Станислав Черчесов, Игорь Шалимов, Александр Мостовой. Фото: Уткин Игорь/Фотохроника ТАСС

Тень Марадоны

Самая яркая глава в биографии Кулькова датирована ноябрём 1990 года. История, как простой русский парень Вася по заданию Романцева «съел» аргентинского волшебника Марадону, пересказана миллион раз. Вот, например, прекрасная ретроспектива от Романа Вагина:

Но и спустя три с половиной десятилетия участники знаменитых матчей «Спартака» с «Наполи» припоминают новые подробности.

«Кулькова не случайно поставили играть персонально против Марадоны, — с высоты уже тренерского опыта объясняет замысел Романцева Борис Поздняков. — Васю отличали качественный отбор мяча, правильное расположение корпуса, развороты. «Спартак» никогда к этому методу не прибегал, но перед «Наполи» Олег Иванович принял такое решение, рассудив, что Вася с этой задачей справится. От него не требовалось бегать за Марадоной по всему полю, однако чаще всего тот оказывался именно в зоне Кулькова — опорного полузащитника. Там он его и встречал. Наверное, по пальцам можно было пересчитать случаи, чтобы Диего два матча подряд не забивал. Да, тогда он был не совсем в порядке, не на пике. Он вообще в Москву прилетел позже всех и отдельно от команды. Но Марадона есть Марадона. Даже в таком состоянии он порой в одиночку вытаскивал игры. В том, что Марадона нам не забил, большая заслуга Василия. Тогда весь «Спартак» в обороне отлично отработал. Марадона жутко злился на тренера, когда его меняли. Чувствовалось, что со своей командой у него было не меньше проблем, чем с нами (улыбается)».

Дмитрий Гунько
бывший тренер молодёжного и основного состава «Спартака»

«Когда «Спартак» в последний раз становился чемпионом Союза, мне было лет 13, занимался в спартаковской школе. Более отчётливо Кульков запомнился уже в 1990-е. Чаще всего вспоминают его знаменитое противостояние с Марадоной. У нас тогда был финал чемпионата России. И матч с «Наполи» мы смотрели всей командой по телевизору в городе Прохладный. Тогда и представить себе не мог, что с этим мастером судьба меня ещё не раз сведёт. Всё-таки жизнь — лучший сценарист».

Четыре перехода с Юраном

Нет ничего удивительного, что уже на следующий год большинство полуфиналистов Кубка чемпионов разобрали европейские клубы, в большинстве своём не самые великие. В августе 1991-го, за четыре месяца до развала Союза, Шалимов укатил в Италию, Шмаров — в Германию, Поздняков и Имреков — в Австрию. Кулькова без просмотров подписала «Бенфика», где он воссоединился и крепко подружился с ещё недавно принципиальным соперником — киевским динамовцем Юраном.

«Спартак» в последнем чемпионате СССР. С капитанской повязкой — Кульков. Фото: РИА Новости

Зимой к ним присоединился в Лиссабоне Мостовой. Александр, правда, в Португалии не задержался — в Цари был произведён уже в Испании. Зато Василий с Сергеем максимально продуктивно провели пиренейскую четырёхлетку — умудрились выиграть Примейру с обоими национальными грандами, «Бенфикой» и «Порту».

«Не скажу, что матчи с «Наполи» — пик карьеры Кулькова, — рассуждает Поздняков. — Просто сама по себе фигура Марадоны привлекала внимание. А какие он игры выдавал в Португалии! Европейский футбол в 1990-е в России мало показывали, но что-то мы смотрели. За границей Вася по-новому раскрылся, стал более мастеровитым, солидным, что ли».

Третий совместный переход из четырёх (с учётом трансфера в «Бенфику») Кульков с Юраном совершили летом 1995-го — в «Спартак». Для первого это было возвращение домой, для второго — незакрытый гештальт (он ещё в конце 1990-го порывался из Киева в «народную команду» — не пустили). Сообща с новыми и старыми знакомыми они выдали рекорд Лиги чемпионов: шесть побед в шести матчах группового турнира.

Рамиз Мамедов
бывший защитник «Спартака», пятикратный чемпион России

«Когда они в 1989-м чемпионами становились, я в дубле играл. Понятно, что Кулькова знал, но заочно. Познакомились и стали общаться уже с 1995-го, когда они вместе с Юраном из Португалии в «Спартак» приехали. После этого уже сошлись — ближе некуда (улыбается). На какой почве? Вопрос провокационный (смеётся). На всех! Тренировались, играли, отдыхали — всё вместе. Как одна семья. Совместных историй было много, но все — не для печати. Погулять мы любили. Весело было».

Однако до весеннего плей-офф Лиги чемпионов в «Спартаке» задержались не все. Юран с Кульковым неожиданно рванули в Англию. Причём не в Премьер-лигу, а в Первый дивизион (впоследствии Чемпионшип). Выбор звёзд сборной России в пользу скромного «Миллуолла» мало кто понял. Юран объяснял его стремлением воссоединиться с возлюбленной, которая тогда работала в Лондоне, Кульков — контрактными разногласиями со «Спартаком». В проигрыше остались все: красно-белые вылетели в четвертьфинале ЛЧ от «Нанта», а российские легионеры тем же летом покинули Британию: не сработались с новым тренером. Далее карьерные пути Василия и Сергей разошлись и даже в сборной не пересекались. Василий вообще за неё больше не сыграл.

Мимо двух Евро и ЧМ

Сборная — самый большой пробел в карьере Кулькова. Он пропустил все три больших турнира, на которых реально мог бы сыграть: два Евро (1992, 1996) — из-за травм, а ЧМ-1994 — из-за злосчастного «письма 14». В отличие от других друзей-спартаковцев, Василий дать заднюю не смог. И публичных раскаяний впоследствии тоже избегал. Как и вообще этой темы.

«Думаю, мы оба не до конца реализовали себя в футболе, — рассуждает Мамедов. — Могли большего достичь. Со сборной тоже похожие истории: я ЧМ-1994 и Евро-1996 пропустил. Садырин меня не взял в Америку — предпочёл Хлестова и Тернавского. А через два года из-за паховых колец в Англию не попал. А они письмо написали в 1994-м. И на «Европу» Вася не съездил. Конечно, он переживал. Понятно, что пропускать такие турниры обидно. Но что теперь сделаешь? Ничего не вернёшь».

Не принёс счастья Кулькову и третий заход игроком в любимый «Спартак». Сказались травмы и проблемы с дисциплиной. В последних сам Василий честно признался мне в 2010 году.

«У нас никогда не возникало проблем в человеческих отношениях. А по работе – да, у Романцева бывали ко мне претензии. Когда я во второй раз вернулся в «Спартак», в 1997 году, он мне дал шанс, а я им в полной мере не воспользовался. Где-то возраст не позволил – всё-таки мне было уже за 30. А где-то и отношение к делу. Я пришёл в родную команду, меня хорошо приняли… Ну и расслабился».

Мамедов: «Наверное, в молодости Вася был любимцем Романцева. С Марадоной-то только Кульков играл. Но с годами что-то безвозвратно уходит: скорость, резкость теряется. В 31 год Вася выпал из состава и ушёл в «Зенит» к Бышовцу. А в 1999 году мы с ним ещё в Самаре немного поиграли».

Рамиз Мамедов и Василий Кульков на базе в Тарасовке. Фото: из личного архива Рамиза Мамедова

«Был момент, когда его спустили из первой команды в молодёжную, где я был капитаном, — вспоминает Гунько. — И мы одну-две игры провели вместе. Я не мог поверить своему счастью: сам Василий Кульков — со мной рядом на футбольном поле! Когда напомнил ему этот эпизод спустя годы, уже в тренерском штабе, Василий Сергеевич даже не вспомнил. Но для меня это был яркий момент, память на всю жизнь».

Со «Спартаком» — до конца

В третий — и последний — раз Кульков вернулся в «Спартак» уже тренером. С опытом работы в двух штабах Анатолия Бышовца, в португальском «Маритиму» и «Локомотиве», а также в «Томи» и «Химках».

«Я только начинал свой тренерский путь в молодёжке «Спартака»: ни штаба, ни помощников, — рассказывает Дмитрий Гунько. — И вдруг Дмитрий Львович Попов, спортивный директор «Спартака», порекомендовал в ассистенты Кулькова. Я удивился: «Как вы видите, что мне, молодому специалисту, будет помогать сам Кульков?!» Дмитрий Львович успокоил: «Не волнуйся, я знаю этого человека очень хорошо. Поверь, он окажет большую помощь в развитии твоей тренерской карьеры». И это оказалось правдой. Он стал мне великолепным помощником, а со временем и старшим товарищем. Года три-четыре мы отработали вместе, бок о бок каждый день.

Мы понимали, кто за что отвечает. Всё было гармонично. Он был немногословен, но очень чётко подмечал важные детали и давал мне возможность развиваться, никогда не чинил препятствий и преград. Ни одного спорного момента за всю совместную работу не вспомню. Амбиций быть главным тренером я у него не замечал. Он ведь и в «Локомотиве» у Бышовца помощником был. Какие-то его советы до сих пор использую в своей практике.

С молодёжкой «Спартака» мы много поездили по стране. А у Кулькова была одна особенность. Садясь в автобус, засыпал мгновенно. То же самое — в самолёте. Я говорил ему: «Василий Сергеевич (мне всегда нравилось называть его по имени-отчеству), ты не переезжаешь, а телепортируешься с места на место! Могу только позавидовать такому здоровому сну».

«Футболист и тренер — это две разные профессии, — констатирует Поздняков. — Вася попытался, попробовал себя в роли главного, после ухода Пятницкого из спартаковской молодёжки. Что-то не получилось. Может быть, как раз тренерского характера и не хватило. Видимо, тут природная доброта сыграла в минус. Тренер не может быть добрым — он должен уметь резать по живому».

Мамедов: «Почему у Аленичева не заладилось в роли главного тренера? В этой работе жёсткость нужна, а Дима, как и Вася, для этого слишком мягкий. Это только моё мнение».

Беда

В августе 2019-го болельщиков шокировала новость: у Василия Кулькова диагностирован плоскоклеточный рак пищевода третьей стадии. Естественно, близкие узнали об этом раньше и не из прессы.

Поздняков: «Мы много времени проводили вместе на работе. Как-то я заметил, что Вася начал хуже кушать и быстро худеть. При встрече сказал об этом Лене, его жене. Она женщина дотошная — заставила Васю провериться. Тогда доктора ничего не обнаружили, и они со спокойной душой улетели в отпуск в Испанию. После возвращения я спросил у неё: «Ну что, поел Вася любимых креветок?» Она вздохнула: «Почти ничего не ел…» Ещё раз обследовались, а там — беда… Третья степень рака. Вася мужественно перенёс эту новость. Не кричал о своей болезни, не жаловался…»

Гунько: «С Кульковыми мы дружили семьями. Жили в одном ЖК: естественно, часто пересекались, ходили друг к другу в гости. Когда узнали эту ужасную новость, очень переживали, как могли, помогали и были рядом. Тяжело вспоминать эти моменты: в последние недели он ужасно похудел. Но знаете, что удивительно? Даже в это страшное время Василий Сергеевич оставался на шутках и позитиве. Хотя и понимал, что побороть болезнь уже практически невозможно…»

Мамедов: «Я часто навещал его в больнице, недели за две последний раз виделись. А 10 октября 2020 года Лена набрала: «Вася умер». И всё.

Многих ребят из тех, с кем играл, уже нет. Понятно, что самые близкие — это спартаковцы: Вася, Цыля. Но как Лёху Бахарева забыть? Или Беркетова, Белькевича, Гусина. За 10 лет человек 10 ушло…»

Народные футболисты «Спартака»

«Мне кажется, у Васи вообще врагов не было — со всеми ладил, — вспоминает товарища Борис Поздняков. — Потрясающий человек. Мог завестись, разозлиться в игре, но в жизни оставался очень добрым. Складывалось впечатление, что его вообще невозможно обидеть. Попросить у него можно было всё что угодно. Если у него это было — деньги или ещё что-то — обязательно даст. Эта доброта, искренность роднила Кулькова с Черенковым. Всё-таки я обоих хорошо знал и могу сравнить. Но вместе с тем они были разными. Феде всех всегда было жалко — кто болел или плохо на ногах стоял. А Вася просто был очень добрым. Я его Богатырём называл. В бане как-то увидел: мускулистый, подтянутый, розовощёкий. Думаю: настоящий богатырь! Так и прилипло».

Василий Кульков и Фёдор Черенков. Фото: Александр Сафонов, «Чемпионат»

«Поздняков его Богатырём звал, Юрий Васильевич Гаврилов — Васяткой, — добавляет Мамедов. — Для всех остальных он был просто Васей. Они с Фёдором Фёдоровичем нечасто проявляли эмоции. Но, конечно, Вася был более компанейским парнем — иначе вряд ли мы так сдружились бы».

«Мне вспоминаются его доброта, открытость и порядочность, — говорит Дмитрий Гунько. — Кульков был больше, чем большим футболистом. Он был большим человеком. У Фёдора Фёдоровича Черенкова мне посчастливилось поиграть в молодёжке «Спартака», с Василием Сергеевичем — поработать вместе. Их можно сравнить по светлой ауре, которую они излучали. Несмотря на свой звёздный статус, оба оставались совершенно простыми, душевными людьми, без капли высокомерия. Поэтому их до сих пор помнят и любят».