Егор Титов: все еще не понимаю, как в "Спартаке" оказались виновные в допинге
Экс-футболист "Спартака" Егор Титов рассказал о сложных периодах в карьере.
— Два тяжелых момента в карьере — история с допингом и уход из клуба. Спустя время — что из этого было сложнее пережить?
— В обоих случаях помогла помощь семьи и друзей. У меня нет никаких обид, просто есть непонимание, почему такие люди, если откатывать на 22 года назад (Титова дисквалифицировали из-за обнаруженного запрещенного вещества бромантана на год в 2004-м — прим. ТАСС), оказались в "Спартаке", оказались после Романцева, когда все было идеально, когда каждый знал свое место. Я все еще не понимаю, как история с допингом случилась и как такие люди работали в "Спартаке". Сколько прошло времени, эти люди давно пропали с горизонта, что еще раз доказывает, что они были проходимцами.
Что касается ухода из "Спартака", то я мог встать в позу. Но, имея огромное уважение к клубу, к ромбику, я этого не стал делать. У меня еще был действующий контракт на два-три года. Я его подписал на тот момент недавно. Я мог сказать, чтобы мне заплатили неустойку, и я ушел. В тот момент я тоже этого делать не стал. Посчитал это неправильным. Не люди, находящиеся в тот момент в "Спартаке", а именно клуб дал мне все, посчитал, что будет правильным просто уйти, я это и сделал.
— Какой из этих двух периодов был сложнее?
— Оба непростые. Не пожелаешь любому футболисту такое пережить. После этого, конечно, в голове что-то меняется, по-другому относишься к людям. Но повторю: я ни на кого не держу зла. Есть люди, которые признают свои ошибки, а есть люди, которые просто являются негодяями. С этими людьми очень сложно общаться, понятно, что рано или поздно их обязательно накажет жизнь.
— Спустя время вы думали на тему бромантана или проводили расследование? Кто был виноват тогда?
— Я уже давно все рассказал: кто, что и как. Это везде было. У меня эта история давно лежит в архиве, даже не помню, где этот архив. В том числе когда говорил про врача команды Анатолия Щукина.
— Вы говорили ранее, что не могли представить такой уход из "Спартака". Но сейчас, как вы сказали, обид нет. И на Станислава Черчесова?
— Нет, никаких обид нет. Нормально общаемся.