«Трусова — достояние России». Партнер Саши Жвакин — о «Ледниковом», критике Тарасовой и «Спартаке»

Всероссийскую известность актер Иван Жвакин получил благодаря сериалу «Молодежка», где он сыграл одну из главных ролей. В этом году число его поклонников еще увеличилось: Ивана пригласили принять участие в «Ледниковом периоде». В пару к актеру поставили Александру Трусову.

Тренировки с Сашей, нещадная критика Татьяны Тарасовой, «Спартак» — обо всем этом мы с Иваном и поговорили.

— Как ты попал в «Ледниковый период»?

— Давно хотел поучаствовать в таком шоу, и агент поделился идеей — в проект как раз был набор. Причем участников звали с опозданием. Обычно набор происходит в сентябре, снимают под Новый год, а сейчас сроки сжались, нас собирали в декабре.

Тренировки и подготовка к съемкам пошли за месяц до старта шоу, а уровень в фигурном катании у меня отсутствовал. Даже не думал, что когда-нибудь попробую себя в таком виде спорта, потому что по сравнению с хоккеем это две разные планеты.

— Это точно.

— Фигурное катание придумали инопланетяне! Не задумано природой, чтобы хомо сапиенс катился по льду на лезвиях и при этом вытворял какие-то фигурные па.

— Что ты знал об Александре Трусовой до приглашения?

— К сожалению, до этого не следил за Олимпийскими играми, но слышал ее фамилию. Когда мне сказали, что в паре со мной будет серебряный призер Олимпиады, во мне взыграла гордость. Но еще тряслись поджилки, потому что Трусова — достояние нашей страны.

Надо было понять: вступаем в эту историю или нет. Но дать заднюю мне никто не дал.

— Чего ожидал от Трусовой: жесткости или лояльности?

— Ни о чем не думал — просто пришел работать. Хорошо познакомились, даже мило, ведь она увидела уровень моего катания, ха-ха!

— Что сказала?

— Ничего! Я приступил к занятиям с тренером, чтобы поработать над техникой, а потом вместе с ней репетировать номера. Целый месяц занимался индивидуально.

А Саша… Ну, она серебряный призер ОИ, человек с характером, потому что росла в конкурентной среде.

— Как ты ее опишешь?

— Она требовательная, дисциплинированная. Слушался всех указаний Саши.

— Какое оказалось самым ценным?

— Она говорила: «Расслабься и получай удовольствие». Но я чувствовал себя белой вороной в такой обстановке, когда нужно было в кратчайшие сроки показать результат.

— Делился с Сашей переживаниями?

— С ней мы много не общались, перекидывались словами только во время тренировок. Она недавно родила, поэтому приезжала на тренировку и сразу убегала домой, чтобы нянчиться с ребенком. Ему полгода, вообще малыш. Я спокойно относился к ее отъездам.

— Но в своем канале ты высказывал недовольство, что Трусова тренируется недостаточно.

— Даже не знал, что слова так вырвут из контекста. За нами следила желтая пресса, а я общался со своей аудиторией. Если бы знал, что слова вызовут хейт, ничего не писал бы.

— Но тем не менее посыл жесткий. Почему вообще выдал такой месседж?

— Я переживал за результат и хотел, чтобы наша пара была на высоком уровне. По крайней мере, все вернулись домой живыми.

— Как Саша отреагировала на твои слова?

— Я сразу объяснил, что имел в виду. Не хотел плохо отзываться о ней. Она знала об этом и прекрасно поняла меня. К ней вообще постоянно повышенный интерес, ведь она фигуристка мирового уровня.

— Трусовой мешало желание вернуться в большой спорт?

— Мы осторожно пробовали новые элементы, изначально это происходило с другим человеком — тренером. Все люди отличаются, поэтому пропорции и вес дают разные ощущения.

Но условие моего участия в проекте было таким: нет права на ошибку. Так и провел восемь номеров. Первый — запускательный, а потом — по накатанной.

— О чем думал перед первым прокатом?

— Люто волновался! Думал: «Как это? Что это? С чем это едят?» Организаторы же еще готовили по два номера…

— В каком плане?

— Передача выходит раз в неделю, но за раз снимается по несколько номеров. Повезло, что в первый раз участвовал только в одном выпуске, а потом было так: 2, 2, 3. В последний заход снимали три дня подряд — вот там были разные мысли.

Перед первым выпуском мне было важно, чтобы мы достойно откатали свое время. Не шибко включался актерски — в основном соблюдал технику безопасности и себя проверял.

— О каких мыслях во время последнего захода ты говоришь?

— Дыхалки конкретно не хватало, потому что организаторы ставили на скорости, поддержки. Фигурное катание заставляет делать акцент на кардио

К тому же любопытно, что нужно постоянно катиться на какой-то одной ноге!

— Какую ты выбрал?

— Ха-ха, приходилось на обеих! Еще у многих фигуристов есть любимые и нелюбимые повороты. Я почему-то любил заворачивать налево! А направо — не очень. Мы скрывали это!

С каждым номером было все лучше. Получались даже те номера, о реализации которых никогда бы не смог подумать.

— Например, поддержки?

— Это вообще что-то нереальное — просто цирковой номер! Не только сам уверенно катишься, но делаешь фигуру с партнершей, потом спускаешь ее. Авербух мягкой силой переубедил меня, и поддержки получились. Закрепили и поехали.

— Саша боялась?

— Вообще нет. Она милая яркая личность, которая делала настроение на площадке.

— Как?

— Всегда улыбалась, веселилась. Шутила — на своем спортивном юморе.

— Вас критиковала Татьяна Тарасова, которая говорила, что ты бедолага. Согласен с ней?

— Говорить так странно с ее стороны. Сравнивать меня с фигуристами как минимум непрофессионально, а как максимум — необъективно. Все, кто участвовал, были спортсменами или людьми, которые связаны с коньками: хоккей, шорт-трек.

А я актер, который сыграл роль хоккеиста в сериале «Молодежка». Ну, как меня можно сравнивать!

— Это действительно неправильно.

— Честно, не слушал, что говорили судьи, ха-ха-ха! Для меня было намного важнее, чтобы все вернулись домой целехонькие и здоровенькие.

— Почему?

— В конце номера все чакры открыты, через тебя проходит космос. А все, что говорят, — это шоу.

— Какой эксперт для тебя был наибольшим авторитетом?

— Тренер! И Авербух. Они непосредственно ставят, выбирают номер и дают добро на выступление.

Конечно, в судействе — величайшие личности, но мне показалось, что в этом сезоне не хватило объективности. Меня прессовали.

— Это было заметно.

— Зато в последнем выпуске сказали, что рост виден по сравнению с тем, с чего мы с Сашей начинали, и что сейчас. Это достойно.

— Прогресс отметила и Елена Чайковская — главный тренер сборной России по фигурному катанию.

— Божья помощь, мамины молитвы, дружеская поддержка, характер — вот такой секрет. Несколько раз хотел махнуть рукой и устроить скандал.

— Когда?

— Определенных моментов не было. Усталость накапливается, ведь мы переносили нечеловеческие нагрузки на колени, поясницу. Ноги натирались от коньков, и им нужно было дать передышку. Возможность не представилась, поэтому все дальше и дальше изнашивал суставы, а там уже и нервы шалили.

— Как?

— Ходить уже не мог — срывался! Вставал на лестнице, как будто я дед. Нужна была неделя на восстановление. Вот когда проект закончился, я оторвался!

— Как отмечал?

— Спал дня четыре! Перед финальными съемками успокаивал и уговаривал себя: «Осталась финишная прямая, еще немного!»

— Трусова была рядом ментально?

— На самом деле она ничего не говорила мне по этому поводу. Мы виделись только во время тренировок, в раздевалках и коридорах не пересекались.

Перед прокатом мы всегда повторяли схему. Представляешь, для профессионалов поехать по льду вправо, влево, развернуться и отправиться в центр — это просто, они летали, как пчелы, и обсуждали это между собой. А я переживал, что все перемещения нужно знать на зубок.

— С прокатами Трусова и помогала?

— Перед каждыми съемками Саша освежала в памяти схему, мы быстренько накатывали и показывали все, что могли.

— После «Ледникового периода» ты явно стал больше следить за фигурным катанием. Какой человек для тебя олицетворяет этот вид спорта?

— Раньше был некомпетентен, а теперь посмотрел и подумал: «Люди такое выделывают! Под музыку! Еще и красивые!»

Назову Авербуха.

— Не Тарасова? Не Навка?

— Все девушки прекрасны, и каждой я бы что-нибудь дал, но Авербух подарил мне возможность засверкать и почувствовать себя фигуристом. Если бы вы видели, как он стоит на льду, вы бы согласились со мной. Он все еще прекрасен.

— Ты — болельщик «Спартака». У клуба снова проблемы. Как думаешь, Тарасова смогла бы возглавить «Спартак» и наладить там дела?

— Точно могла бы, потому что она дочь тренера, хоть и хоккейного. Тарасова — такой человек, который сдерет с тебя семь шкур, а это — то, что нужно для «Спартака». Педагоги — тоже инопланетяне. Ломают и строят, ломают и строят. Тарасова обнулила бы неудачи и построила бы в «Спартаке» свою империю. Дальше посмотрели, привела бы ее тактика к успеху.

Думаю, к тому же она отвечала бы за взбучку в раздевалке и за потенциальные голы — Тарасова смогла бы натренировать комбинации.