«Где-то голым пробегался по улице». Интервью призера ОИ-2026 Филиппова — о спорах в картах, Родниной, «Спартаке»

Никита Филиппов — призер этапов Кубка мира, вице-чемпион Олимпиады, чемпион Европы.

Все это случилось с ним в нынешнем сезоне. 23-летний ски-альпинист абсолютно точно — главный герой этой зимы.

Теперь в планах у Филиппова только увеличивать количество наград в виде спорта, о котором еще недавно многие даже не слышали. И пока хайп после серебра Олимпиады все еще не спал, Филиппов активно этим пользуется и популяризирует любимый ски-альпинизм.

В интервью Sport24 Филиппов вспомнил о прошедших Играх, знакомстве с лыжником Савелием Коростелевым, повышенном внимании к себе, любви к футбольному «Спартаку» и планах на будущее.

— Первая ваша Олимпиада и сразу медаль. Изначально были уверены, что все получится именно так?

— Да, всегда верил, что это будет моя медаль, что я обязательно возьму ее на первой Олимпиаде в моем виде спорта. И, в принципе, все случилось ожидаемо. Мой план-минимум был — бронзовая медаль, план-максимум — золотая. В итоге сделал что-то среднее.

— С чем вообще можно сравнить полученные эмоции?

— Ни с чем невозможно. Я никогда в жизни не испытывал такой радости. И на следующий день были такие смешанные чувства. Неделя до и после Олимпиады — это какие-то суперэмоциональные качели. Ни с какими соревнованиями и жизненными событиями за все мои 23 года это невозможно сравнить.

— Даже с золотом чемпионата Европы?

— Точно нет. Это вообще несравнимо.

— Из всех наших спортсменов, которые отправились на Олимпиаду, вас называли самым главным претендентом на медаль. Давила ли такая ответственность?

— Конечно, немножко давило. Но я старался отстраняться от этого. Чтобы не быть заложником своих и чьих-то ожиданий. Поэтому, наверное, то, что сейчас я держу в руках медаль, это никак на мне не отразилось.

— А насколько выросла ваша узнаваемость после этой Олимпиады? Ощущаете себя легендой?

— Ха-ха, нет, легендой себя не ощущаю. Как будто такой немножко самозванец и не заслужил все это внимание. Сейчас приглашают на встречи с большими и знаменитыми людьми. Они говорят, что я легенда, а я их смотрел по телевизору буквально пару лет назад. В детстве они были моими кумирами, а сейчас приглашают меня куда-то с ними сходить.

— Кто из известных личностей поздравлял?

— Министр спорта поздравил, очень большой человек. Еще писали в директ некоторые ребята, олимпийские чемпионы из разных видов спорта. Из гимнастики было много поздравлений.

— Не было подобных предложений, как Савелию Коростелеву от порноактрисы?

— Ха-ха, нет. Таких предложений мне не поступало.

— Савелий справился бы с ней за 16 часов?

— Он вроде бы говорил, что ему это много. Мне кажется, если с небольшими перерывами на еду и воду, можно и справиться.

— Помню, вы как-то рассказывали интересную историю, когда на Кубке мира к вам рано утром нагрянули допинг-офицеры. Пришлось готовиться и к этому?

— У меня до Олимпиады несколько раз взяли допинг-пробу, и после Олимпиады тоже. Суммарно за 7 дней примерно 3 или 4 раза. Но я этого ожидал и был готов. Потому что бывает такое, что специально каждый день приходят в 5 утра. Даже если ставлю часовое окно позже, они все равно могут прийти в 5 утра. Но я нормально к этому отношусь — сейчас это часть работы спортсмена.

— Также срок действия вашей визы истекал прямо во время Олимпиады. Не возникло таких же проблем, как у Петра Гуменника?

— Небольшие проблемы возникли, но у нас все было относительно схвачено. Естественно, мы действовали в сжатые сроки. То есть нам пообещали, но, в принципе, могли бы эти обещания и не сдержать. Соответственно, возникали небольшие опасения, что я не смогу остаться. Но, честно говоря, если бы даже визу не дали, я бы попробовал все равно там остаться, потому что это все-таки Олимпиада.

— Как решали эту проблему?

— В итоге все было нормально, визу дали в консульстве. Все хорошо, очень быстро поставили.

— Получается вы могли и вовсе остаться без Олимпиады и всего этого бы сейчас не было?!

— Да! У меня виза заканчивалась где-то 9 февраля. Было бы безумно обидно.

— Но все обошлось, и по приезде вы рассказали у себя в соцсетях резонансную историю, что нейтральным атлетам не подарили олимпийские смартфоны. Ожидали такого общественного внимания к этой публикации?

— Конечно, нет. Я понимал, что, в принципе, на Олимпиаде все внимание приковано к разным скандалам и каким-то интригам. Но не ожидал, что нас так поддержат в стране. Я этому рад. Пока получил один IРhone и сразу подарил его отцу. И второй IРhone обещал Билайн, который пока еще не получил. Пытаюсь с ними связаться, но что-то не получается.

— На эту тему довольно резко отреагировала Ирина Роднина: «А Филиппов зачем приехал на Олимпиаду? За смартфоном? Парню, наверное, обидно. Других наград, видимо, у него нет».

— А кто это такая?

— Легендарная фигуристка, сейчас депутат Госдумы.

— Нет, не знаю ее.

— Олимпийская медаль является достойным ответом всем тем, кто не верил?

— Я вообще не обращаю внимания на подобные комментарии и даже не слышал про нее. Думаю, серебряная медаль — хороший ответ на это. Может быть, она просто из контекста вырвала, но так-то я писал в посте, что приехал сюда не за телефонами.

— Савелий Коростелев также в комментариях пошутил на эту тему. Получилось во время закрытия нормально познакомиться?

— Да, плотно пообщались на церемонии закрытия и после нее. В принципе, поймали такой мэтч. Мы с ним реально на одной волне. Больше, чем с фигуристами, которые тоже были на церемонии закрытия. Все-таки лыжники поближе к ски-альпинистам, чем к фигуристам.

— Звал к себе в лыжные гонки?

— Не-не-не. Скорее я бы позвал Савелия попробовать себя в ски-альпинизме. Но пока не приглашал.

— Вообще к нашим атлетам было приковано особое внимание. Журналисты задавали провокационные вопросы, а некоторые спортсмены заявляли, что им неприятно соревноваться с нейтральными спортсменами. Сталкивались ли вы с чем-то подобным?

— Провокационных вопросов не было. На пресс-конференции и в микст-зоне были обычные спортивные вопросы, вне политики.

— А каким было отношение со стороны иностранных спортсменов и болельщиков?

— Я испытал специфическое отношение, но оно было положительным. Итальянцы очень сильно за нас болеют. Они любят русских. Было ощущение, что они болеют за меня больше чем за своих. Болельщики из других стран тоже топят за нас, несмотря на то, что мы выступаем под нейтральным статусом.

— Как поддерживали?

— Говорили: «Мы все понимаем, это неправильно. Мы все знаем, откуда ты».

— В других видах спорта многие тренеры столкнулись с большими ограничениями из-за нейтрального статуса. Ваши наставники могли находиться везде?

— Да, они могли находиться во всех зонах. Но, к сожалению, их было мало — всего три аккредитованных человека: массажист, который был со мной, один менеджер и один на дистанции. Но проблема в том, что тот человек, который находился на дистанции, Андрюха, он мне лыжи готовил, и должен был готовить мне их между заездами. Но из-за телевидения он ушел туда перед полуфиналами и мог вернуться только после финалов. То есть его не пускали обратно между ними. И, соответственно, лыжи между полуфиналом и финалом мне готовил вообще менеджер по наставлению Андрюхи.

— Поскольку выиграли серебро, значит, подготовил хорошо?

— Повезло, что хуже не сделал, ха-ха.

— А были какие-то дополнительные ограничения на Олимпиаде, связанные с нейтральным статусом, по сравнению с Кубком мира?

— Проход везде по аккредитациям. И в некоторые зоны даже с моей аккредитацией спортсмена нельзя было пройти. И все вот эти лабиринты: сюда тебе можно, туда нельзя. Чтобы пройти на разминку, нужно обойти полполя. В общем, только с этим были трудности.

— Ски-альпинизм — новая дисциплина на ОИ. До Олимпиады было понимание, что дальнейшее развитие этого вида спорта в России будет зависеть от вашего выступления?

— Уже после пришло осознание, что вся страна следила за нами. И что, если бы я не взял медаль, не было бы такого ажиотажа и эмоций от всей страны.

— Вы рассказывали, что любите азарт: часто спорите и играете в карты. Какое самое абсурдное желание проигрывали за все время?

— Всякое было, однозначно что-то проигрывал. Где-то голым пробегался по улице. Но так сразу и не вспомню.

— Не могу не спросить про футбол. Что случится раньше: вы станете олимпийским чемпионом или «Спартак» чемпионом России?

— Надеюсь, «Спартак» раньше выиграет чемпионат России. Хочется верить, что это случится до 2030 года.

— Какие советы можете дать футболистам для мотивации? Когда они уже научатся «делать вещи»?

— Ха-ха, не знаю. Может, надо поменьше пить, если они пьют.

— Есть желание когда-нибудь самому сыграть в выставочном матче за «Спартак»?

— Кстати, да, я бы с радостью поиграл.

— А когда планируете прийти на стадион поболеть?

— Может быть, пойду 18 марта на ответный матч Кубка России «Спартак» — «Динамо», если мы не улетим. Потому что пока вылет назначен на эту дату. Если получится, буду рад прийти и отдать первый пас, как Аделия в матче с «Акроном».

— Это поможет им отыграться после 2:5?

— Думаю, да. Сто процентов должны выиграть.

— Вообще многие футболисты заядлые тусовщики. У вас тоже много историй о совместных тусовках с иностранцами. Кого из футболистов «Спартака» больше всего хотели бы пригласить на свою вечеринку?

— Мне кажется, надо, чтобы они приглашали меня на свои вечеринки, потому что у них явно покруче.

— Уже получили обещанные ключи от новой квартиры на Камчатке?

— Пока еще не вручили. Обещали, что, когда приеду на Камчатку, тогда уже в торжественной обстановке вручат. Это будет после окончания сезона, в апреле. Уже жду не дождусь.

— Верите, что все это происходит с вами по-настоящему?

— Честно говоря, не верю, что такой ажиотаж после Олимпиады. Ожидал, что Олимпийские игры добавят популярности и мне, и моему виду спорта, но не настолько.

— Какая ваша главная цель на следующих Олимпийских играх?

— Золотая медаль. А если будет несколько дисциплин, то и не одна.