«Как в Европе узнали, что я из России — пошли в отказ». Зачем наш игрок уехал в Африку
![](https://s.spartakmoskva.ru/image/2023/07/kormishin.jpg)
Российские футболисты в экзотических чемпионатах — такая редкая, но потому и очень интересная штука. Владислав Кормишин уже несколько лет не играет в России, карьера заносила его низшие лиги Турции, Латвии, Казахстана, Кыргызстана и даже в чемпионат Мальдивских островов. Последним клубом нападающего был «Кийову Спортс» из Руанды, с которым россиянин выиграл Кубок страны. Воспитанник «Чертаново» рассказал «Чемпионату» о юности в «Спартаке», бесконечных переездах во Второй лиге, суровых правилах отечественного футбола и выходе из зоны комфорта ради мечты.
«Если у тебя хороший агент, ты можешь зайти в хороший клуб»
— До 2019 года твои клубы не вызывали удивления: воспитанник «Чертаново», которого взял «Спартак», однако отдал «Нефтехимику» в аренду. Затем вторые команды «Сибири» и «Арсенала», «Академия футбола им. В. Понедельника» и даже белгородский «Салют». Таких игроков в России много. Но четыре года назад ты уезжаешь в «Модафен» — клуб из четвёртого турецкого дивизиона. Кажется, так не бывает.— Да, до какого-то момента это была банальная история типичного российского футболиста. Которая только ещё раз доказывает, что выстреливать надо на молодёжном уровне в 17−18 лет. Но в тот период меня даже близко не подпускали к первой команде, чтобы как-то себя показать. Это сейчас молодых ребят искусственно подтаскивают — в нынешних условиях у пацанов появился шанс. В моё время такого не было.
Владислав Кормишин на тренировке «Спартака». Фото: «Спартак»
— А в том же «Нефтехимике», куда тебя в аренду отдал «Спартак»?
— Это уже был огромный вызов, никаких авансов. Ты — мальчик, взращенный в тепличных условиях одной московской академии, а потом перешедший в «Спартак», приезжаешь в команду, где одни мужики. Которые бьются тут в любую погоду за скромную зарплату и премиальные. Им не важно, талант ты или нет — ты сюда приехал за практикой и потом вернёшься обратно. А они останутся. Ты их просто не волнуешь. Это был крутой опыт, меня те полгода в Нижнекамске очень сильно поменяли.
— Как?
— Я поменял мнение о российском футболе. Кардинально. Многие оказываются в клубах не по своим футбольным качествам. Ты можешь быть в полном порядке, но у тебя нет человека, который тебя пропихнёт. И тут же есть другой парень, у которого такой человек есть — и он в клуб заходит без проблем. Хоть в обойму команды Первой лиги, хоть на скамейку клуба РПЛ.
Просто такая система: если у тебя есть хороший агент, в определённый момент в юном возрасте ты можешь зайти в хороший клуб.
— Расскажи свою историю взаимодействий с агентами.
— У меня в России был один агент на протяжении лет, наверное, шести — это Алексей Сафонов. Он вёл школу «Чертаново», был одним из тех, кто помогал школе подняться. Мы с 15−16 лет все плюс-минус были подписаны у Сафонова.
У нас в тот период много ребят ушли в «Спартак», человек 10, включая меня. И все были клиентами Сафонова. И когда ты молодой и перспективный, отношение к тебе только одно — заработать на тебе.
У меня в «Спартаке» сначала пошло хорошо, потом не очень, затем аренда в «Нефтехимик» — и всё, закончился контракт. И я ушёл в «Сибирь». На этом как бы всё: агенты понимают, что прямо сейчас из меня много денег не получить. И тогда в большей степени двигаешься сам, потому что агенты начинают переключаться на более ликвидных ребят. А когда просишь подыскать тебе клуб Первой лиги, хотя бы середняк, то говорят, что это невозможно. И вот на протяжении многих лет я слышу одно и то же.
Владислав Кормишин в «Сибири-2». Фото: «Сибирь»
— Вряд ли дело только в агенте.
— Когда перешёл в «Сибирь», получил две подряд травмы боковых связок колена — сначала на одной ноге, потом на другой. Вылечился — и появился вариант с со второй командой тульского «Арсенала». Всё вроде даже хорошо шло, привлекали к тренировкам с основой, но затем у клуба резко поменялось руководство, главного тренера убрали. Дальше неразбериха, вторая команда, толком там не играешь. Вариантов, кроме «Академии» из Второй лиги, не было — туда и перешёл.
Параллельно понимал: пока возраст позволяет, надо искать контакты и пробовать уехать за границу. Ну и зимой-2019 мне пишет знакомый турок, что есть вариант с «Мофаденом» — клуб пока в четвёртом дивизионе, но планы амбициозные, нужно постепенно двигаться в Суперлигу. Мне было 23 года — конечно, я долго не думал и поехал. Толком не понимая, куда еду, не зная языка, да и вообще не представляя, что это такое. Ну и так скажу: я ни капли не пожалел об этом решении.
— На тебя выходит клуб из четвертого турецкого дивизиона — это, будем честны, не фонтан. Почему ты согласился? Настолько разочаровался в российском футболе?
— Скажу больше, я был в отчаянии. Понимал, что по России двигаться могу только с агентом. История из жизни. Я из Костромы, у меня рядом и «Текстильщик» из Иванова, и ярославский «Шинник». Так вот я знаю людей, которые могут там договориться о моём просмотре. Но когда они узнаю́т, что я просто приеду и никто за меня слово не замолвит, — сразу получаю отказ. Типа, «ты извини, нам нужны те, кто бьётся, кто даёт результат». Но вы хотя бы посмотрите игрока! Делать выводы, что игрок не бьётся, потому что у него нет агента… Я даже не знаю, мне тут нечего сказать. С этой системой всё понятно.
Так что, понимая всю ситуацию и что Первая лига — а про РПЛ я даже не говорю — мне не светит, остаются зарубежные клубы. И что, как только я туда уеду, российский футбол будет для меня закрыт.
«В Турции люди живут, а у нас — выживают»
— Как проходила адаптация в Турции?
— Первый месяц было очень сложно, но клубу выражу огромный респект. Это на тот момент была четвёртая лига, однако я жил в прекрасной гостинице в центре Стамбула, она принадлежала владельцу. Мне предоставили личного водителя, так как я не знал ничего. Но впоследствии от него отказался, потому что было неудобно перед партнёрами. Да и отношение к делу — совершенно не как в России. На секунду, это четвёртый дивизион, а были и восстановления, и заезд в гостиницу перед матчем, продвинутый тренировочный процесс. Всё на высшем уровне.
— А зарплата?
— Не сказать, что какая-то нереальная. Когда был игроком «Академии», оклад у меня был 25 тысяч рублей, с премиальными получалось немного больше. В Турции предложили в пять раз больше.
— Звучит как сказка, учитывая уровень клуба.
— Именно! И когда ты видишь это своими глазами, когда нет задержек по зарплате, когда созданы все условия — как это может не нравиться? Особенно запомнилось, когда тренер спросил у меня: «Зачем ты так надрываешься на тренировках? Оставь это всё. Мне нужно, чтобы ты рвал, выходя на матч». В России такое не прокатит: ты должен умереть на тренировке, чтобы показать тренеру свой настрой.
Владислав Кормишин в «Модафене». Фото: Личный архив игрока
— Если всё так классно, почему ты ушёл?
— По итогам сезона мы выиграли наш дивизион и поднялись выше. А футбольные власти Турции внезапно отменили лимит на легионеров. В смысле, они вообще запретили иностранцам играть на подобном уровне. Поэтому я вынужденно покинул «Модафен».
— Турецкий футбол в четвёртом дивизионе — это вообще что?
— Полный восторг! В Турции любят футбол, на матчи подобного уровня ходит по 5000 человек, иногда больше. Когда мы выиграли лигу и её регулярный чемпионат, у нас оставался плей-офф. Нам попалась команда, которая уже вылетела — так вот её фанаты забросали наш автобус камнями, разбили стекло. Полиция уводила нас после игры в подтрибунку, прикрывая щитами, потому что отовсюду летели бутылки, монеты, что угодно. И это далеко не высшая лига! Хотя у нас в России наверняка спросят, что это за уровень футбола, где он играет? Ну вы уедьте сначала, а потом делайте выводы.
— Главное впечатление от Турции?
— Стамбул — великолепный город для жизни, один из лучших. Остальную страну я видел только на сборах, поэтому оценить в полной мере не могу.
От Турции остались исключительно приятные впечатления. Люди там каждый вечер сидят в кафе, ужинают, расслабляются, общаются. Там люди живут, а у нас — выживают. Контраст с Россией бешеный.
Владислав Кормишин в Турции. Фото: Личный архив игрока
«В Латвии футбол не прочувствовал совсем — из-за пандемии»
— После четвертого дивизиона Турции ты поехал в первую лигу Латвии. Не самый очевидный выбор.
— Должен был уехать в чемпионат Чехии, команду не помню. Даже визу сделал. Обо всём уже договорились, но клуб внезапно подписал какого-то бразильца. Времени до конца трансферного окна у меня оставалось мало. И я просто нашёл практически первый попавшийся вариант на несколько месяцев. Просто чтобы быть в тонусе.
— Латвийский футбол со стороны кажется унылым: чемпионат слабый, сборная играет плохо. А как кажется изнутри?
— Я играл за «Локомотив» из Даугавпилса, население города практически полностью говорит по-русски. Проблем с адаптацией не было, а вот футбол толком прочувствовать не сумел: началась пандемия. Тренером у нас был Артём Горлов, который недавно возглавил «Пари НН».
Можно было остаться в команде и переждать ковидную угрозу, через три-четыре месяца обещали возобновить сезон. Я подождал месяц-полтора, а потом уехал. «Локомотив», кстати, в итоге выиграл лигу и поднялся в элиту.
Владислав Кормишин после победы в плей-офф Первой лиги Латвии. Фото: Личный архив игрока
— Через год, в 2020-м, ты вернулся в Россию — и подписал контракт с «Биологом». Это был ещё один шанс попробовать на родине?
— Нет, я просто понимал, что в хорошей форме. А в тот момент через Вторую лигу можно было прыгнуть в Первую. В «Биологе» всё интересно получилось: пришёл, получил травму, пропустил первые пять матчей, затем в 10 встречах забил пять голов, сделал три передачи. Зимой сразу шквал предложений: «Динамо-Махачкала» под выход в Первую лигу, клуб из Киргизии «Абдыш-Ата», звали в Беларусь и на просмотры много куда ещё.
Но «Биолог» не отпускал и просил компенсацию. А я понимал, что доигрывать сезон в Новокубанске после таких предложений мне будет уже неинтересно: хотелось большего, пойти на повышение. Понимал, что могу. Пришлось разрывать контракт. Получилось некрасиво, поругался с руководством — попросил хотя бы поднять зарплату, раз не отпускают.
— Сколько тебе платили?
— Тысяч 30 был оклад, но с надбавками и премиальными, если хороший месяц и много выигрывали, могло дойти до 100 тысяч или около того. Однако вопрос был не в деньгах. Меня не отпускают в другой клуб — тогда поднимите хотя бы зарплату, покажите, что заинтересованы. Мне сказали: «Новый сезон начнётся — поговорим». Меня это не устраивало. На этой почве начались разногласия, и, как в таких случаях бывает, пришли к разрыву контракта.
— Ты ушёл из «Биолога», но ведь твоя хорошая форма и результативность остались при тебе. Или из клуба позвонили во все команды Второй лиги и сказали тебя не брать?
— Нужен агент! Даже с той результативностью, что я показывал, нужен агент. Ты можешь во Второй лиге забить 10−15 мячей, но, если нет рядом нужного человека, ты так и останешься в условном «Биологе».
— Ну так в тот же «Биолог» ты как-то попал после Латвии. И сделал это без агента.
— Туда просто позвали на матч, через моего друга — он сам местный и играл в этой команде. Меня пригласили, я приехал и подписал контракт через три дня после просмотра.
Владислав Кормишин в «Биологе». Фото: «Биолог»
— В тот момент, когда в «Биологе» у тебя пошло, не думал снова подписаться с каким-то агентом? Чтобы помог в развитии карьеры.
— Так они всегда кучей вокруг вьются. Но одно — когда говорят и делают, а другое — когда только обещают. Сейчас мы тебя в ФНЛ, в хорошие команды на просмотр. Но, кроме разговора, это никуда не выходит. А я уже был глубоко осведомлён обо всей ситуации в нашем футболе, так как бóльшую часть карьеры на тот момент провёл во Второй лиге. Меня уже всем этим не удивить. Ну говорят и навешивают лапшу, ну и ладно.
«На Мальдивах во время локдауна я быстро сошёл с ума»
— И как же ты уехал играть на Мальдивы? Российские футболисты там обычно отдыхают, а не работают.
— У меня был знакомый агент из Южной Кореи, он периодически подбрасывал мне варианты в Азии. И вот появилось предложение от «Клаб Иглз».
Помимо райских островов, на Мальдивах есть город. Это Мале и его части, где живут и работают местные. Половина города — новая, динамично развивается. А вторая — историческая. Там и базируются команды.
— Что тебя привлекло в мальдивском футболе?
— Клуб, который на меня вышел, регулярно играет в АФК — азиатском аналоге Лиги Европы. Есть возможность встречаться с такими соперниками как «Бангалор» или «Тхимпху», за них играют сборники. Это, мягко скажем, совсем не Вторая лига. Ну и как тут не поехать? Меня это очень привлекло.
Да, с такими перелётами через полмира ты много чем жертвуешь — личной жизнью в первую очередь. Это не кажется лёгким решением. Если бы каждый срывался и уезжал в другую часть Земли, наверное, российских футболистов за границей было бы больше. Что двигало мной? Футбол, желание пробиться любыми способами к мечте — поиграть в РПЛ. Если для этого нужно сделать крюк и заявить о себе в Азии, без проблем, я готов.
Владислав Кормишин в «Клаб Иглз». Фото: Личный архив игрока
— На Мальдивах ты забил три гола в двух матчах. Что случилось потом?
— Нас всех закрыли на ковид. В Азии с этим жёстко, в тот момент набирала силу вторая волна коронавируса. «Бангалор» прилетел на ответный матч Кубка АФК к нам в Мале, мы даже заселились с ними в один отель, чтобы организаторам было проще. Соперники решили прогуляться вечером по городу, а по регламенту этого делать нельзя. На следующий день команду депортировали, а игру отменили. Техническое поражение? Нет, матч провёли через три-четыре месяца. Но меня в команде уже не было.
— Снова уехал?
— Сначала я остался. Два с половиной месяца ходил в магазин по QR-коду, разрешалось выйти не более чем на полчаса. Хватало, чтобы дойти до супермаркета и потом обратно в апартаменты. Очень быстро сошёл с ума от такого ритма. Я просто ждал, когда смогу уехать. Ещё и родители в Костроме заболели, а я не мог никак помочь. Это тоже напрягало.
— Получается, снова ковид помешал тебе закрепиться на новом месте.
— От этого грустно, не скрою. Хотя условия были классные — зарплата $ 2−3 тысячи, возможность поиграть в международных турнирах. А потом, может, и уехать на повышение в Сингапур, Индонезию или Камбоджу.
Если говорить о местном чемпионате, то борьба за титул на Мальдивах интересная. Команды с деньгами, особенно «Мазия», платят больше всех и имеют возможность подписывать европейцев из низших лиг. Например, они привезли испанца, который играл в Примере и Сегунде (речь про хавбека Тану. — Прим. «Чемпионата»). Он просто разорвал! Не знаю, как они его заманили и сколько платили, но, что он там делал, это вау! Ещё в то время была команда «Валенсия», в ней играли четыре испанца. Тоже качественные ребята.
Владислав Кормишин празднует гол за «Клаб Иглз». Фото: «Клаб Иглз»
— Мальдивы — это рай?
— Когда отправлялся туда, до конца не понимал, что делаю и куда еду. Впечатления остались самые положительные, но вот поиграть полноценно там, к сожалению, не получилось. Да, душно и влажно. Да, хочется, чтобы второй тайм скорее наступил — потому что заходит солнце. Однако страна, в принципе, развитая, люди приветливые, но строгие. Возможно, это одна из самых верующих стран мира, там очень большое значение уделяется религии. Местные на выходные летают в Эмираты или на рыбалку — практически у всех есть катера. Меня тоже звали, было интересно — поймал огромного тунца.
«В Казахстане руководство требовало результатов, хотя я предупреждал, что не в форме»
— Ты вернулся в Россию и практически сразу уехал в Казахстан. Снова не рассматривал отечественные клубы?
— Если ты играл в Азии, местные клубы тебя сразу просматривают и следят. Там всё схвачено. Просто моментально на меня вышел «Кыран» — клуб ставил задачу выхода в элиту, шёл на первом месте. Сразу предложили контракт на два года. Хотя я им объяснял, что не тренировался два с половиной месяца, пока сидел на карантине в Мале. Пытался объяснить, что в разобранном состоянии и что они должны это понимать. И что сейчас не в тех кондициях, что на видео, что мне нужно набрать форму. Мне сказали, всё окей.
Я прошёл сборы, было очень тяжело после почти трёх месяцев простоя. Но практически сразу стало понятно, что что-то здесь не так: форму я ещё не набрал, а руководство уже требует результатов. Хотя я предупреждал, что это процесс небыстрый. Им не понравилось, что в тонусе я буду только к концу сезона. А им нужно было прямо сейчас. Блин, ну мы это обсуждали!
— Расторгли соглашение?
— Да. И сразу уехал в Питер, в местное «Динамо», им нужен был нападающий. Договорились о контракте на полгода, как раз до конца сезона. И в Санкт-Петербурге у меня началось… Сначала проиграли «Красаве» на выезде. Затем наш самолёт не посадили в Чите из-за тумана, а отправили в Иркутск — и только через четыре часа снова загрузили в самолёт и уже доставили на место. Мы не ели, переодевались в автобусе — ещё эта разница во времени… Вообще не понимаешь, что происходит. А ещё через какое-то время я заболел ковидом. И это спустя месяц после подписания.
— Что-то совсем грустно.
— Когда вылечился, а это где-то через месяц, понял, что в состав проходить не буду — надо ведь набрать форму, а команда хорошо идёт. Вот так мой контракт с «Динамо» и закончился. И я улетел домой, а оттуда уже нашёл вариант в Кыргызстане и отправился в «Нур-Баткен». Но понимал, что там ненадолго.
— Почему?
— Мне нужен был клуб из другой части Азии. Воспринимал «Нур-Баткен» как перевалочный пункт, подготовку к возвращению в команду уровня АФК. Деньги там совсем не те, чтобы оставаться. Хорошо там платят только «Дордой» и «Абдыш-Ата».
Главное впечатление от Кыргызстана — это природа, она там невероятная. Горы, озера — порой казалось, что так красиво в реальности быть не может.
Природа Кыргызстана. Фото: Martin Zwick/Getty Images
«Понимаю, что не выдающийся футболист, а рабочая лошадка»
— Смотрю твою статистику в «Нур-Баткене» — пять матчей, 0 голов.
— Я приехал не к старту чемпионата, а позже, в конце марта. И на этом всё. В мае уже уехал обратно.
— Ты планировал за эти три месяца набрать форму и заинтересовать клубы из топовых азиатских лиг?
— Да, именно. Во Вторую лигу никуда не хотел идти. И сейчас не пойду. Только если в команду под выход, с хорошими финансами.
— В итоге вместо клуба уровня АФК ты уехал в «Пересвет» из Домодедова. Это как?
— Летом я был в хорошей форме, но не рассматривал варианты ниже ФНЛ — планировал хотя бы поехать на просмотр.
— В этот момент ты здраво оценивал свои возможности? Люди посмотрят: в Киргизии у него 0 голов, в питерском «Динамо» — 0 голов. Почему он хочет в Первую лигу?
— Из уважения ко всем подмечу: уровень российского футбола очень упал. Уровень лидеров Первой лиги — вот что отличается. Все остальные — что в Первой, что во Второй лиге — это примерно одно и то же. У меня просто так сложилось, что уехал за границу. А останься во Второй лиге, то сейчас наверняка уже бы играл в Первой.
Понимаю, что я не выдающийся футболист, которого бог поцеловал, а рабочая лошадка. Просто иду к своей цели. Дайте шанс, дайте себя показать, возьмите на просмотр. Не как манекен, чтобы лишь бы взять для галочки. Я не говорю про команды первой пятерки, где футболисты, в большей степени поигравшие на уровне РПЛ, которых берут под задачу на хорошие контракты. Я туда даже и не заглядываю на данный момент. Но попасть в середняк, показать себя — почему нет?
— Однако в итоге ты не в Первой лиге, а в «Пересвете».
— Мы договорились, что если мне приходит предложение из-за границы, то меня спокойно отпускают. Потому что я хотел обратно за рубеж. Но чтобы не терять форму, подписался с клубом из Домодедова.
— Получается, контракт должен быть невысоким, раз ты тут ненадолго и в любой момент можешь уехать.
— Обычный контракт на мои нужды в Москве — квартира, питание, транспорт. В «Пересвете» очень крутой президент, а вот тренер был странный — даже имени его не помню. Но мне всё это было не важно, я просто играл и ждал иностранных предложений. И тут оно прилетает — из Руанды.
«В Руанде меня встречали море фанатов. На ТВ и радио обсуждали мой трансфер»
— Как ты его получил? Ситуация, прямо скажем, уникальная.
— Мне помогал Андрей Чернышов, я с ним хорошо общаюсь. А он же много где тренировал: в Европе, в Азии. Контактов у него достаточно, и он в разные места предложил мои услуги. И африканцы очень заинтересовались. А я думал: «Руанда, это где вообще? Что за страна такая?» Начинаю гуглить про местный футбол — ну это топ. Сколько там ходит на игры, какие там поля. Ну и я согласился, ещё не зная условий.
— Какими они были?
— Когда увидел, что предлагают, офигел. Дом, машина, полное питание, зарплата со всеми бонусами более $ 3 тысяч в месяц. Первая мысль: не зря же я столько пыхтел! Ещё и подписной бонус был — $ 2 тысячи.
В это мало кто поверит, но меня в аэропорту встречали человек 15 репортёров с камерами и фотоаппаратами. Сказали, что я первый российский футболист и второй европеец, который приехал в Руанду. Болельщиков было море! Оказывается, мой приезд вызвал большой резонанс: включаешь телевизор — а там передача, где тебя обсуждают, включаешь радио в машине — там снова о тебе говорят.
У меня ещё партнёр был из ЮАР. Он за сборную играл в квалификации Кубка Африки, в товарищеских матчах, парень моего года. Он и в «Орландо Пайретс» был, и в других клубах. Зовут Рийяд Нородин. И я когда прочекал, кто он такой, вопрос был только один: дружище, а ты что тут забыл?
Рийяд Нородин (слева) и Владислав Кормишин (в центре) на тренировке «Кийову Спортс». Фото: «Кийову Спортс»
Семья Рийяда в Кигали (столица Руанды. — Прим. «Чемпионата») не прилетела, и мы жили с ним вместе с больших апартаментах, чтобы было не так скучно.
— А какие требования к игрокам в Руанде?
— Если ты иностранец, то давай забивай в каждом матче. Однако я сразу скажу всем, кто думает, что в Африке так просто. Здесь другое общество, другое понимание жизни — что уж говорить о футболе. Он тут нереально офигеть какой, безумно силовой.
По тактике, да, слабенько, но по физике и скорости — это за гранью. Местные бегут так, как никто. Они могут носиться 90 минут без отдыха. У нас тренировка начиналась с получасового бега, и только потом была основная часть. Тренер был бельгиец, и он понимал, что по-другому тут не сыграть: начнёшь ставить тактический рисунок и проиграешь.
«Футболисты из Руанды туго соображают. Не запоминали даже несколько комбинаций»
— Почему?
— Во-первых, игроки туго соображают. Это правда. Тренер давал задание на игру — несколько комбинаций, но все сводилось к забросу вперёд и забегу за мячом. Но как они за него боролись, это нечто!
Перестроиться на такой футбол, на его понимание, было сложно. Ты вроде осознаешь, что можешь бежать и бороться, но это не всегда получается из-за особенностей местных игроков. Плюс в команде семь легионеров, а в заявке на матч может быть только пять. То есть какое-то разнообразие имелось. И если кто-то думает, что чемпионат Руанды — это ни о чём, ну найдите видео, посмотрите. Да, тактики там почти нет, но посмотрите на эту физику. Теперь я понял, почему африканских футболистов забирают в топ-клубы.
— И почему же?
— Их научат тактике — там. Они подстроятся под новые условия. Однако какие они физически сильные от природы, это играет огромную роль. Этого у них уже никто не отнимет.
— В каких условиях проходят тренировки? В каком состоянии поля и вся инфраструктура?
— Ничего кошмарного. В Кигали много строек, базы находятся на окраине города. Мы тренировались на одной из таких, а параллельно её реконструировали. Были только тренировочное поле и туалеты. Раздевалки как раз строили.
Условия адекватные, потому что, когда у тебя в команде пять сборников и полгода назад они играли на Кубке Африки против Мане, ради таких людей готовы стараться и развивать спорт в стране. Всё, что касается этой части жизни, очень сильно освещается и развивается.
Владислав Кормишин в составе «Кийову Спортс». Фото: «Кийову Спортс»
— А местные игроки не завидовали легионерам? Зарплата-то у вас выше.
— В один момент это появилось. Когда проиграли две встречи конкурентам по таблице. Сразу пошла раскачка: а тот ли тренер нами руководит, а соответствующие ли деньги получают иностранцы. И всё в таком духе. Дошло до того, что африканские футболисты звонили президенту и жаловались, почему в стартовый состав ставят меня и коллегу из ЮАР. Но это началось где-то на пятый-шестой месяц моего пребывания в Руанде.
При этом когда мы взяли Кубок Руанды — это случилось спустя два месяца после моего приезда — нас считали чуть ли не гениями футбола. Однако стоило несколько раз проиграть…
— Всё, как в России, разве нет?
— Тут дошло до глобальных вещей. Сначала в новостях по телевизору сказали, что в отставку ушёл президент, который нас звал. Везде сразу шоу, подкасты, студии — как клубу жить дальше, бурные обсуждения происходящего.
Потом нас вызвал к себе тренер и сказал, что ситуация не из простых — его могут снять. В итоге новое руководство так и делает, а затем приглашает нас на разговор: либо заключаем новый контракт на два года с понижением зарплаты в два раза, либо — не будем играть.
— Что выбрал?
— Рискнул и поставил на второе. Ну не буду играть — окей, посмотрим. Меня и Рийяда сразу из заявки исключили. Мы сидим на трибунах во время матча, а к нам подходят люди с вопросами, почему мы не на поле и что вообще происходит. Выносить конфликт вовне не стали, обходились общими словами, чтобы не нагнетать.
В команде тоже атмосферка просела. Местные игроки начинают хитрить, тренеры — тоже. Вся команда занимается, а нас отправляют к коучу по физподготовке, который выжимает из нас все соки. Просто «челнок» всю тренировку! И так целую неделю. Мы уже выходим на следующую тренировку и смеёмся. Потому что знаем, для чего это делается.
Владислав Кормишин на трибуне. Фото: «Кийову Спортс»
— Почему не подписать двухлетний контракт на новых условиях?
— Куда? Зачем? Непонятно, что дальше будет. Это у партнёра моего из Южной Африки всегда вариант где-то найдётся, а что я буду делать? А там и Новый год близился. И если сейчас не улечу, то вообще непонятно, когда в следующий раз это получится. А вся эта канитель с новым руководством длится дальше: начинают задерживать зарплату. Сходимся в итоге на том, что мне оплачивают все задолженности и я лечу на Новый год домой.
«Как только клубы в Европе узнали, что я из России, то сразу пошли в отказ»
— Соглашение не разрывают?
— Нет. Они отдают мне деньги, я должен улететь в Россию. Мне должны купить билет, но президент неделю не берёт трубки, а в офисе кормят завтраками. Как потом я узнал, президент улетел на праздники в Европу, а мой товарищ Нородин остался в Кигали и все праздники провёл один вдали от семьи.
— Почему начался такой бардак? Ты ведь говорил, что в Руанде все процессы выстроены.
— Раньше тренер, которого как раз убрали, отвечал за все бытовые вопросы. Я в итоге улетел домой, всё хорошо. Параллельно у меня закончилась рабочая виза, а где-то 25 января мне позвонили из клуба и говорят: хочешь — возвращайся, обсудим ситуацию. Стало понятно, что меня склоняют к новому контракту на два года с уменьшенной зарплатой. А если разрывать соглашение по обоюдному согласию, то за январь я денег не получу. Да и бесплатно меня отпускать не хотели. В итоге договариваемся о разрыве, так как у меня на выбор было несколько вариантов: Саудовская Аравия, Македония, вторая лига Франции и Мальдивы.
— Варианты в Европе — однозначно шаг вперёд!
— Да, но как только там узнали, что я из России, то сразу пошли в отказ. Потом я общался с саудовцами, клуб был из первой лиги, не из вышки. А, ещё предлагали контракт в Замбии, клуб «Кабве Уорриорз». Но когда почитал про страну, желание ехать туда отпало. Я много где был, но в Замбию ехать не рискнул.
— Остаются Мальдивы.
— Туда я скоро и отправлюсь. Чемпионат для меня не чужой, это тоже сыграло свою роль. Клуб называть пока не буду, но в новом сезоне он будет играть в Кубке АФК. Условия лучше, чем в «Иглз» — и по деньгам, и по жилью.
Главное сейчас — показать себя в АФК, забить пару голов. Зимой рынок в Азии мёртвый, очень сложно в нормальную команду перейти.
«Не видел в Руанде ни одного человека, кто бы гордился геноцидом»
— Руанда — 135-я по уровню ВВП на душу населения, между Папуа-Новой Гвинеей и Нигером. 40% населения живёт за чертой бедности. Продолжительность жизни — одна из самых низких на планете. Квалифицированной медицины нет, каждый пятый не умеет читать и писать. Подобные вещи не смущали?
— Всё, что ты сейчас перечислил, не является правдой. Вообще! Все одеты с иголочки, все очень стильные, чистые, опрятные. Да, свой менталитет, своя культура. Но страна очень современная и продолжает идти в этом направлении. В Руанде равняются на Европу.
Понятно, что есть районы, где люди бедно живут. Понятно, что в любой стране это есть. Но в большей степени, прогуливаясь по улицам Кигали, ты никогда не скажешь, что находишься в Африке. Скидывал знакомым фото и видео — все были в шоке, когда узнавали, что это Руанда.
Болельщики «Кийову Спортс» празднуют победу в Кубке Руанды на улицах Кигали. Фото: «Кийову Спортс»
На улице можно спокойно попросить помощи — и тебе помогут. Проводят, куда нужно, подскажут. Нечто! Все улыбаются, все доброжелательные. Не видел ни одной агрессии в свой адрес.
— К сожалению, в мире Руанда наиболее известна из-за геноцида 1994 года, когда за 100 дней от рук народа хуту погибли от полумиллиона до 1,1 млн представителей народа тутси. Что ты об этом знаешь?
— Для местных нет ничего ужаснее, и, наверное, уже не будет. В Кигали есть музей геноцида, но я до него не доехал. Как мне сказали, там очень тяжело находиться. Не видел ни одного человека, кто бы гордился произошедшим. Вообще, все мечтают, чтобы подобное никогда не повторилось.
Геноцид кардинально изменил страну и людей. Эта трагедия перевернула всё. Больше нет ненависти к ближнему, если ты отличаешься. Нет давления на тебя, если ты из другого племени. Да и в целом народ, по словам тех, с кем я общался, стал добрее и толерантнее. Пример: люди могут выйти из банка с двумя пакетами денег, спокойно сесть на байк и поехать по делам. И ни у кого даже не возникнет желания ограбить, причинить вред. Даже мысли такой нет. Ноль криминала! Везде охрана, полиция по всему городу, всё чисто и аккуратно.
Последние годы страна развивает туризм, некоторые топ-клубы даже рекламируют Руанду как место для путешествий. И я понимаю почему: природа действительно уникальная. Это не типичная Африка с сухими саваннами, там много лесов, влажный климат, озера. Есть заповедник редких горилл, ездили на действующий вулкан. В жизни подобного, кажется, не увидишь. Такие пейзажи! Всем, у кого есть возможность, советую посетить эту страну.
Природа Руанды. Фото: Giovanni Mereghetti/Getty Images
«Однажды попробовал африканскую еду — и меня так прополоскало!»
— Считается, что представители народа тутси — самые высокие люди в мире. Замечал?
— Высоких много, действительно. Кстати, возможно, поэтому в Руанде очень любят баскетбол. В местной лиге играет много иностранцев. Баскетбольная арена в Кигали — просто нет слов. Мы даже не попали туда на Матч звёзд, настолько бешеный ажиотаж. Были только на концерте перед игрой.
— Африканская еда — очень необычная. Что пробовал?
— В Руанде культ бананов, тут из них делают абсолютно всё, готовят по-разному — и пиво делают, и вино, и запекают с овощами. Я, честно говоря, не осмелился попробовать.
Местный хлеб называется фуфу — это каша из варёных корнеплодов, то есть не хлеб в классическом понимании. Вот этот фуфу они едят везде и всегда, с разными соусами. Пахнет ужасно. Я попробовал — мне не зашло.
Однажды попробовал несколько местных блюд — на следующей день меня так прополоскало! Понятно, что другая еда, другая вода, организм к такому не привык. Но больше и не хочется.
«К РПЛ был максимально близок, когда был в «Спартаке»
— Что нужно сделать, чтобы ты провёл в чемпионате России хотя бы один матч?
— Хорошо показать себя за рубежом, чтобы о тебе заговорили на родине. Важен инфоповод. Хотя с этим лучше в Медиалигу — там многое делается ради хайпа. Тот может попасть в команду Первой лиги, этот… А что вы по-футбольному им дадите, ребята? Вы сможете эту команду как-то усилить? Про РПЛ я вообще молчу.
— Если тебя позовут в Медиалигу, пойдёшь?
— Сейчас? Нет. Пока не готов. Я много лет в Москве прожил, вряд ли с попаданием туда испытал бы сложности. Да, там прикольная движуха, свой вайб. Ведущие футболисты топовых медиаклубов — бывшие футболисты. Но мне это пока неинтересно.
— Попасть в РПЛ до конца карьеры — реально?
— Абсолютно.
— Когда ты был максимально близок к РПЛ?
— Когда был в «Спартаке».
Владислав Кормишин в «Спартаке-2». Фото: «Спартак»
«У «Спартака» есть все шансы догнать «Зенит». А может, и перегнать»
— Кстати, о «Спартаке». Почему большинство воспитанников реализуют себя в других командах?
— Потому «Спартак» — это большой клуб, тут любой испытывает давление. А молодой тем более. Поэтому проще раскрыться где-то в другом месте, где на тебя или ничего не давит, или давит значительно меньше. И не забываем про огромную конкуренцию.
— А сейчас следишь за «Спартаком»? Что скажешь о команде?
— Производит сильное впечатление. По возможности смотрю даже тренировки в YouTube. Во всём видно, что в команде отличная атмосфера и крутая раздевалка, все друг друга поддерживают. Такие вещи сразу видно. Сейчас в «Спартаке» нет разлада, все как единый кулак. Круто следить за этим.
— Какие шансы догнать «Зенит» и побороться за титул?
— Шансы есть всегда, если это не противоречит математике. Особенно если в это верят футболисты. Произойти может что угодно. Восемь очков отрыва можно отыграть за 12 туров. А «Зенит» может и оступиться. Календарь не помню, но выезд в условный Екатеринбуг, где «Урал» на ходу, может стать трудной задачей.
В разгар лета я бы ещё подумал, но по весне, когда погода оставляет желать лучшего, у «Спартака» есть все шансы догнать «Зенит». А может, и перегнать.
«В Премьер-Лиге нет россиянина, который на голову сильнее остальных»
— В чемпионате России сейчас зажигают люди, которые ещё два года назад играли за «Крымтеплицу» — это Владимир Писарский (Сычевой) из «Крыльев Советов» и Алексей Каштанов из «Урала». Это так упал уровень РПЛ или они реально гении?
— Соглашусь, что уровень упал, уехали более классные футболисты, и открылся путь для вот таких пацанов. И Писарский, и Каштанов — хорошие футболисты: забивают, отдают, их клубы не на последних местах в чемпионате России. Это к тому, что вне зоны видимости много качественных игроков. И что всё в этой жизни возможно — примеры Писарского и Каштанова это доказывают.
Но важно и другое — сейчас в РПЛ нет россиянина, который был бы на голову сильнее остальных. Такого, как, например, Андрей Аршавин или Александр Кержаков. Сейчас все плюс-минус одинаковые рабочие лошадки со своими определёнными навыками.
— Выдающихся или перспективных совсем нет?
— Ну, окей, перспективные есть — например, Пиняев. Дай бог, чтобы вырос в звезду мирового класса. В «Динамо» есть Захарян и Тюкавин.
Если брать по своей позиции, то Писарский и Соболев хорошо смотрятся, но они уже сформировавшиеся футболисты. Если оценивать креатив, то нравится Зиньковский.
— Кто из тех, с кем ты когда-то пересекался, теперь играет в Премьер-Лиге?
— Зуев в «Крыльях Советов», Кухарчук — мой земляк — в «Торпедо», тот же Зиньковский в «Спартаке». Много чертановских пацанов, с кем раньше общались, а сейчас просто нет тесной связи.
Владислав Кормишин в «Чертаново». Фото: Академия «Спартак»
«Переход в Азию? Лучше ждать и оставаться в Европе»
— Сейчас много говорят о возможном переходе российского футбола в Азию и, как следствие, выходе из УЕФА. Ты как человек, который много играл в данной зоне, что об этом думаешь?
— Лучше ждать и оставаться в Европе. Да, непонятно, сколько это ожидание может продлиться — год, три, пять. Но Азия это вообще не тот футбол, к которому привыкли в России. Совершенно.
Никто не будет смотреть в России азиатскую ЛЧ с тем же интересом, что и европейскую. Да и на стадион не будут ходить с теми же чувствами. Эти вещи несовместимы. Раньше «Зенит» играл с условными «Челси», «Порту» и «Ювентусом», а теперь с кем? «Зенит» — «Аль-Хиляль» — это не то, к чему привыкли болельщики. Про финансы я вообще молчу, тут разница колоссальная.
— Твоё отношение к бану сборной России и отечественных клубов в еврокубках.
— Как обошлись со спортсменами — это несправедливо. Блокировать любых российских спортсменов — неправильно, мне это не нравится. Потому что есть политика, а есть спорт. Это нужно разделять.
— Тебе не кажется, что спорт — это продолжение политики?
— Я даже не хочу в это вникать и на этом зацикливаться. Спортсмены выполняют свою работу — не мешайте им с этим. Политики же не выходят в Лиге чемпионов играть. Так же, как и футболисты не принимают законы, грубо говоря.
— Не кажется ли тебе, что это разные вещи? Выход футболиста на поле не распространяется на жизнь всех людей. А принятый политиками закон распространяется.
— Поэтому я за разделение. Есть спорт, а есть политика. И всё.
«Кто знает, вдруг через год меня позовут в РПЛ?»
— Как ты расцениваешь свои многочисленные переходы и переезды? Как возможность увидеть мир или как большой футбольный шанс?
— Это шанс, однозначно. Причём любой клуб. А кто знает, вдруг через год меня позовут в РПЛ? Сколько примеров в нашем футболе, что люди играют в КФК, а через два года — в чемпионате России. Так что тут даже загадывать не хочется. Но, конечно, я хочу попасть в клуб, который активен за границей и играет в хорошем чемпионате.
— Тебе 27 лет, половина карьеры, по сути, позади. Как оценишь этот отрезок и какие видишь перспективы?
— Положительно оценю. Потому что я не боялся пробовать новое и цепляться. И не думаю останавливаться или заканчивать. Даже мысли такой никогда не было.
— Какая у тебя футбольная мечта?
— Сыграть в Лиге чемпионов, об этом думаю с самого детства. А если размышлять о чём-то более реальном, то хочется дебютировать в РПЛ. И чтобы мама, бабушка и дедушка — люди, которые дали мне в этой жизни всё — увидели это своими глазами.
Карьера Владислава Кормишина.
«После игры Куарежма заварил кофеёк и закурил сигаретку. Он на опыте, ему можно»
— Ты играл во Второй лиге и покатался по России. Что запомнилось больше всего?
— Низшие дивизионы живут переездами, это абсолютно уникальная вещь, ни на что не похожая. Когда я играл в «Академии», мы 12 часов добирались до Махачкалы, спали в автобусе, отыграли матч и поехали домой. На обратном пути автобус сломался — мы его все вместе толкали на трассе.
— То есть совсем не Руанда?
— Там всё солидно. Но только искусственные поля. Единственное, когда приезжаешь на тренировку, машину обступает орава детей. Просят майку, шорты, воды, поесть — что угодно. И сидишь не знаешь, что делать.
— С кем из известных футболистов пересекался?
— В Турции был товарняк с «Бешикташем» у них на базе. Получается, играл против Куарежмы! Когда матч закончился, он спокойненько сел за столик, кофеёк заварил, сигаретку закурил и сидел расслаблялся. Рикарду уже на опыте, ему можно, наверное.
— Учитывая твою карьерную географию, сложно ли строить личную жизнь?
— Очень. У меня были долгие отношения на расстоянии, около восьми лет. Ничем хорошим это не закончилось. Так что это один из моментов, которым жертвуешь.
— Вдруг найдётся та, что будет с тобой ездить?
— Появится — дай бог. На данный момент я сконцентрирован на футболе, иду к своей цели.
— Долгая жизнь в одиночестве как-то сказалась на твоих хобби?
— Готовить умею — жизнь научила! В остальном как у всех: кино, зимой можно сходить на каток или в баню с дедушкой.
«За год желательно пробиться в хороший чемпионат»
— Какие цели ставишь на 2023 год?
— Играть стабильно, помогать новой команде, забивать. От этого будет зависеть всё остальное. Желательно за год пробиться в хороший чемпионат. Чтобы не было качелей, выйти на стабильность в этом плане.
— Лучшими российскими футболистами периодически интересуются в Европе. Но почти никто не уезжает. Ты в 23 года впервые уехал за границу. Как не побояться и выйти из зоны комфорта?
— У играющих в Премьер-Лиге хорошие контракты. У них семьи, их тоже можно понять. Больше хочется сказать футболистам из Первой и Второй лиг, что, когда у них появляется возможность попробовать себя за рубежом, надо это делать. Вернуться в условные Белгород, Ульяновск или Ярославль всегда успеете. При любых обстоятельствах. А то ведь будет свербеть потом до конца жизни, что была возможность, а ты даже не попробовал.
Тебя примут, сделают всё возможное, чтобы ты как можно быстрее адаптировался. Да и молодых пацанов это касается, которые в один момент могут стать никому не нужны в России. Сразу возникают вопросы об окончании карьеры. А пройти такой путь, с детства набивая шишки, и закончить вот так просто — это значит сдаться. А сдаваться в нашем деле нельзя.
Комментарии: