Не делайте из меня звезду

Top4top 1794 0 11 апреля 2008

Федор Федорович сидит в центре светящегося подиума. Два софита, два журналиста, два фотографа. Окажись он сейчас на стадионе среди толпы болельщиков, лицом к лицу к команде соперников, он чувстовал бы себя комфортнее. Визажист припудривает ему лицо, он смущается и бросает как-то неожиданно резко: "Не делайте из меня звезду!"

Ф.Ч.: Это же с трех лет – ребята идут куда-то, а я в футбол. Я играл, конечно, и в пинг-понг, и в баскетбол, были же кружки в школе, но как выходил на улицу – только мяч, только футбол. В семь-восемь лет я играл за ЖЭК, ну как сейчас РЕУ, ДЭУ, там дети собирались. И я играл, и как будто бы неплохо. Футбол был всем. Это такая узкая специализация, что в нее ушел с головой – и все уже. Зимой, конечно, хоккей был.

- Других увлечений в детстве не было? Модели не клеили?

- Один раз самолет склеивал, и то в детском лагере. С ребятами жили, ну, пойдем постреляем бузиной из трубки или склеим с пропеллером на резинке самолетик. А так футбол все время. Я даже в пионерском лагере был всего 2 недели, потом мама приехала, я разревелся, говорю – «забери меня отсюда». А в спортивном лагере я сколько угодно мог быть, постоянно с мячом, с футболом.

- Были ли альтернативные варианты со стороны родителей, какая-то традиционно семейная профессия, как у медиков – династия?

- У меня и отец, и мать на кожевенном заводе работали, а потом отец на авиационном заводе работал, но он был рабочим. А мать потом в ЖЭКе. Учишься – и хорошо. Школу закончил – прекрасно, университет – гений.

- У вас есть высшее образование?

- Горный институт. На полном серьезе пошел на первый курс, а на втором курсе взяли меня в «Спартак» – и когда сдал экзамены, конечно уже думал только о футболе, затянуло с головы до пят.

- Остались ли друзья с того времени?

- Да, только редко видимся. Я могу – они на работе, а они вечером приходят – хочется быть в семье. Только на праздники или на встречах с институтскими ребятами. Когда у себя в Кунцево бываю, с ребятами встречусь, поговорим. Я же с Кунцевского клуба начинал, сейчас там и живу.

- Чем занимается Ваш брат?

- Брат - зубной техник, у него лаборатория, у него очень хорошие руки.

- То есть у Вас хорошие ноги, а у него хорошие руки?

- Да, и голова у него хорошая, а у меня ноги только.

- Как брат относился к вашему увлечению футболом?

- Он на 6 лет младше. Играл с нами. Его даже Николай Петрович Старостин приглашал в команду, но он постеснялся, он такой был физически послабее чем я. Я был слабенький, а он ещё слабее. Иногда жалеет, что не пошёл. Я говорю: «Ладно уж, занимайся зубами».

- Вы коренной москвич?

- Мама из Тульской области, папа из Тамбовской, а мы с братом уже коренные москвичи. В детстве ездили туда, но сейчас из деревни все разъехались, нет домов, старики умерли, а молодежь разъехалась. Вот может летом съездим, мне предлагает дядька, брат отца.

- Сейчас многие футболисты стали вести себя как поп-звёзды, классический пример - Бекхем.

- Я питаю слабость к великим игрокам, пусть и не сотвори себе кумира, но чтобы он ни делал, Марадона чтобы ни делал, все равно буду считать его одним из лучших футболистов. Также и Бекхэм, я симпатии к нему имею, и что не говори, может даже против себя, буду его защищать. Его можно понять, ему же детей нужно кормить, в замке жить, как-то в дальнейшем свою жизнь строить. 

Народный игрок. Народная команда? 

  Мы начинаем разговор о футболе, Черенков загорается. О «Спартаке» - горит.  Разговор не о бывшей команде, разговор о нём. Фёдор не говорит «Спартак» - только "мы".  
 
- «Спартак» продолжает оставаться «народной командой»?

- По любви - да, по внутренним кадрам - уже несколько сложнее, теперь много иностранных игроков. А то, что люди любят, народ любит клуб, это совершенно однозначно. На трибунах и вне поля позиция болельщиков по отношению к команде всегда определённая: если чем-то недовольны, баннер показывает, что болельщики недовольны. Руководство прислушивается.

- Существует ли такое понятие как «спартаковская игра»?

- Спартаковская игра основывалась на контроле мяча и на быстрой атаке, то есть владеть инициативой, но не просто держать мяч, а целенаправленно атаковать ворота соперника. Это если простенько выразиться. То, о чём я говорю, эпизодами проявлялось в игре "Спартака" уже в матче с «Химками».

Владимиру Григорьевичу Федотову немножко не хватило времени поставить такую атакующую игру, какая была, может быть, при Бескове. К этому же, мне кажется, сейчас стремится Черчесов, уже с применением опыта работы в австрийском чемпионате.  

- Появился ли уже у черчесовского «Спартака» свой стиль?

- Станислав Саламович сейчас на пороге становления игры, он пробует варианты и с двумя нападающими, и с одним, с двумя разыгрывающими, с Павленко и Титовым, с одним, то с Титовым, то с Павленко.

Команда, которая стремится завоевать чемпионское звание, должна в первую очередь рассчитывать на атаку. Оборона приблизительно у всех команд одинаковая – играет в линию 3-4 игрока, или 5 игроков, тогда два фланговых подключаются вперед. А так игра зонная и в линию, то есть, можно сказать, одинаковая у всех команд, похожая оборона. Вот атака, конечно, зависит уже от исполнительского мастерства каждого игрока.

У «Спартака» варианты есть – можно играть длинными диагональными передачами на таких рослых игроков, как Павлюченко, Дзюба и Прудников, можно играть в комбинационный футбол, подключая таких нападающих, как Веллитон. Выбор есть, осталось только тренеру найти зону применения игрокам.

- В этом году вновь появились разговоры, что Егор Титов уже не тот, столько пользы команде не приносит, и на этом фоне раздувается тема его конкуренции с Павленко.

- Я согласен с Юрием Гавриловым, который перед игрой с «Марселем» написал в «Спорт-экспрессе», что эти два игрока должны одновременно быть на поле. Потому что оба созидатели, Павленко может играть не только под нападающими, но и немножко ниже на месте опорного полузащитника, Титов выполнять больше конструктивной работы, а Павленко более объемной работы. Можно их использовать как двух инсайдов - один чуть правее, другой левее при атаке команды.

Павленко я отдаю место в середине поля, не обязательно под нападающими, потому что он молодой, имеет ещё возможность выполнять большой объем работы, а вся игра должна крутиться именно через этих двух игроков. Моцарт сейчас не в том тонусе, как был раньше, то есть можно будет попробовать вариант Павленко на месте Моцарта. 

Это варианты, которые, я думаю, уже рассматривал тренер, они проглядываются у Станислава Саламовича.

- «Спартак» быстрая команда, движение очень хорошее, в этой связи не выпадает сейчас Титов со своей тягучестью?

- Нет, вы знаете, в наше время Гаврилов был, он тоже не отличался большими скоростными данными, а был техничен, делая движение, он уже заранее просчитывал ходы. Если простой игрок просчитывает на 1-2 хода, то Гаврилов уже на 2-3 хода вперед видел, уже предполагал, где партнер получит мяч. Даже отдавая пас в двух-трёх метрах, пусть не быстро, он даёт под ту ногу, с которой игрок быстрее сделает передачу или даёт в ту точку, где мяч не надо будет обрабатывать, он сразу его примет, с такой силой пошлёт, которая удобна для развития атаки. Поэтому, проигрывая, может быть, в стартовой скорости, можно выиграть за счёт того, как партнер видит поле и отдает передачу.

Титов может оценить обстановку, как никто другой, раньше и с более длительным обзором, то есть принимая мяч лицом, он может видеть, как развивается игра за спиной, может, принимая, либо сразу направить мяч, перевести акцент атаки на другой фланг, отдавая мяч в одно касание, подсказывая, как должна развиваться атака. Потому что иногда в пылу борьбы развитие атаки не проглядывается, а он, имея такое видение поля, имея такое качество, как точный и выверенный пас, может выиграть время за счет этих действий.

- Как Вам игра новичков команды - Фати и Майданы?

- Фати выглядит достаточно уверенно, надежно. Видно, что он такой крепыш сбитый, тактически грамотный, в подыгрыше он для начала развития атаки тоже неплохо играет. Три игры – не тот срок, к которому игрок уже привык к команде. Нужно времени немножко, и думается, что он прибавит ещё больше в игре, в полезности. 

Майдане сложно, может быть, потому что в Аргентине футбол более импровизационный, чем у нас. У него много импровизации получается, но есть эффективность, а есть эффектность. Он эффектный игрок, а эффективности пока не видно. Пока сыграл 5 игр, но чего-то особенного не показал. Видно, что игрок техничный, игрок с данными, не зря им заинтересовались, не зря пригласили в команду, но, видимо, ему нужно время, чтобы освоиться в команде и найти себе более эффективное применение, нежели сейчас.

Именно эффективно: если давать передачи, то нацеленные. Надо не просто делать передачу с фланга, подкручиваешь и на приблизительной высоте либо ногой либо головой бьешь, перед передачей нужно оценить обстановку и направить передачу в ту точку, в которой ждёт нападающий. И если он научится такие передачи делать и будет чаще участвовать в завершении атаки с ударом, то тогда «Спартак» выиграет, а если будет останавливаться на своей технике, на том, что он хорошо контролирует мяч в розыгрыше, то этого для полузащитника, который играет в «Спартаке», мало. 

- Чего не хватило для победы над «Марселем»?

- Говорили, что времени не хватило. (улыбается)

- «Спартак» со скандалами покидают воспитанники клуба, с чем это связано? Гонка за рублём или ошибки руководства клуба?

- Если честно сказать, тоже переживаю то, что воспитанники наши уходят играть в другие команды. Жалко, но видимо политика руководства клуба строится на том, чтобы приглашать в команду уже готовых игроков. Мне как спартаковцу хотелось бы видеть, конечно, больше воспитанников родного клуба. 

- Сейчас в руководство «Спартака» пришли Ваши бывшие партнеры по команде - Шавло, Черчесов, Родионов, - в каких Вы отношениях? Советуются ли они  с Вами?

- Я редко встречаюсь с руководителями клуба, на тренировках иногда с Сергеем Дмитриевичем Шавло. Иногда на играх дубля встречаю Черчесова и Кечинова с Ромащенко, которые работают с дублем. С ними поговорить можно, но в силу того, что я сам редко бываю в клубе из-за состояния своего здоровья, встречи бывают кратковременные, на которых можно сказать, что нравится, что не нравится. А прислушиваться или не прислушиваться - это уже их дело. А что прислушиваются – наверняка. Не обязательно моё мнение, мнение ребят-ветеранов.

Другой футбол

Комсомольские собрания и команда с общей жизнью, в которой принято собираться семьями и стоять друг за друга горой. Во время разговора не покидает ощущение, что Черенков говорит про другую игру, игру, которой больше нет, как и той страны, в которой в неё играли.

- 398 матчей и 95 голов. Какая игра для Вас была самой запоминающейся?

- Не считал. Игра запоминающаяся - это когда мы чемпионами стали в 89-ом году, на последней минуте, когда Валера Шмаров гол забил. Это колоссальное напряжение, колоссальная усталость после игры... для меня это было так, когда на последней минуте последний удар по мячу, я стою и думаю, как бы не упасть. Потом смотрю на Валерку - попадет - не попадет, и, когда он забивает, я могу вздохнуть и расслабиться... смотрю - ребята побежали от радости, а я бежать уже не могу, иду спокойненько, отдышаться пытаюсь.

- Как победы отмечали?

- Мне нравилось больше всего, когда мы семьями собирались. Жили же вместе, вместе посидим за столом, пойдем музыку послушаем. После победной игры в другом городе собирались втихаря в номере у кого-нибудь.

- Тайком от тренера?

- Бывало, что тренер ловил, тогда ставился вопрос о присутствии в команде. Раньше, если попадал с таким на комсомольское собрание, то тебя могли выгнать из команды, а если выгнали, значит, могли и в другую уже не взять, и для тебя работа футболиста была закрыта.

- И не пугало?

- Пугало, конечно, но собирались.

- Когда Романцев стал тренером, тяжело было прятаться от человека, с которым недавно собирались вместе? Он же все знает, все ходы.

- Ну и что, все равно. И от него прятались. Руководитель-игрок всегда большая субординация. У меня с субординацией все нормально было. Просто привычка: сначала обращался к Романцеву Олег, а потом Олег Иванович, он итак старше меня был, так что нормально.

- Был ли какой-то ритуал, чтобы настроиться перед матчем?

- Мы все садились на стулья, минуту посидели и в бой по хлопку. Капитан хлопает в ладоши, и все встают и отправляются на поле.

- Вот уже кажется игра проиграна, счет 3-0 - как собраться в этой ситуации?

- Такого почти не бывало. У нас две игры проиграть подряд – такого не бывало, это трагедия, три гола пропустить – один раз было, но мы 4 забили.

- Наверняка в команде были конфликты, как они решались?

- Решались только собраниями, наказаниями и отчислениями, но отчислений практически не бывало. Потому что всегда вставали ребята на защиту друг друга.

- Когда Вы играли с Романцевым, Черчесовым, Юраном, видели в них будущих тренеров?

- С Юраном я тренировался в команде ветеранов, и он всегда отличался лидерским характером. В нем обнаруживались задатки человека, который может руководить.

Черчесов Станислав Саламович, он тоже общительный, но я не думал, что он будет тренером, не думал. Но это лишь мое мнение, не претендующее на исключительность.

Когда мы играли, Романцев и на поле и вне поля и с руководством как капитан имел отношения как человек, который если в дальнейшее пойдет жизнь развиваться, будет тренером. Об этом не задумываешься, но начинаешь задним числом вспоминать, анализировать, понимаешь, что да. Собрания там были, в то время было принято собрания проводить, сейчас не знаю как, есть или нет собрания, он практически всегда выступал как лидер и вне поля и на поле, и как старший друг и близкий товарищ - всё в нем уживалось.

- Как вы считаете, Олег Иванович вернется в футбол?

- Не знаю. Он же сейчас тренер «Ники», так что он в футболе, может быть, ребятишки талантливые там вырастут.

- Как вы оцениваете вклад Романцева в «Спартак»? Сейчас вышло несколько книг вроде «Как убивали «Спартак» Игоря Рабинера, в которых даётся негативная оценка некоторым аспектам работы Олега Ивановича?

- Вклад Романцева вообще в футбол в нашей стране и в «Спартак» в частности огромен.

Николай Петрович Старостин – человек, который создал команду, и пока он был жив, был вдохновителем всех идей и руководителем дела. Константин Иванович Бесков в 80-е годы. И вот Романцев в 90-е. Девять раз чемпионами стать! Можно сейчас говорить о «Спартаке», что брали игроков из других клубов: Цымбаларь из Одессы, Никифоров, Ледяхов из Сочи. Можно так думать, но надо было найти, слепить и всегда поддерживать, то есть были годы, когда заранее говорили, что «Спартак» будет чемпионом. А попробуй настрой игрока, когда ты стал чемпионом раз, выходишь, второй раз становишься чемпионом, и третий раз выходишь, уже у тебя должна быть самоуспокоенность, а он находил методы воздействия на игроков, психологические рычаги, чтобы игрок отдавал всё, что может, да ещё и рос.

В такой обстановке, когда команда всегда впереди, всегда есть такая подспудная опасность, что будет успокоенность то, что было у сборной с Румынией – успокоились, а при Романцеве этого не было, он всегда находил чем и как повлиять на футболистов, чтобы они в полную силу играли.

Книгу Рабинера не читал. Я искусственно ухожу даже от разговоров на эту тему. И когда ребята говорят, я сразу ухожу просто. Не хочу как-то. Даже одно название «Как убивали «Спартак» - я уже не хочу ничего знать.

- Вы общаетесь с кем-то из нынешних футболистов «Спартака»?

- Нет, раз я приходил, приглашали меня, это было при Старкове, высказали свое мнение, на что мы надеемся, что верим в ребят. А так я с Сергеем Родионовым иногда созваниваюсь, но учитываю его занятость, я стараюсь много с ним не говорить по телефону. Немножко о жизни, а о футболе исключительно коротко - либо молодец, либо давай прибавляй или больше влияй на ситуацию, объясняю ему: «Это твоя прерогатива, в атаке там что-нибудь изменить, понаблюдай за атакой».

- У меня, может быть, с детства такое ощущение, что наши могут болеть только за наших, а теперь за российские клубы выступают одни иностранцы.

- Привыкаешь, что команда не только из наших состоит, за рубежом это уже давно, сейчас мы привыкаем к этому. Психологически вроде как не можем привыкнуть, но никто революции делать не будет.

При этом, я считаю, что собственные воспитанники обязательно должны присутствовать в командах. Тогда у нас будет сильная сборная. Если мы будем опираться только на легионеров, сборная будет слабой.

- Ну, а взгляд с той стороны – когда вы поехали во Францию, как вас там встречали?

- Здесь же тоже болеют болельщики конкретно за Моцарта или за Плетикосу, так и там болели за меня и Сережку (Родионова). Скандировали: "Серега! Федор!" - любили, может и были какие-то исключения, но мы не видели. А то, что в команде самой идет борьба за место, это не зависит ни от страны, ни от клуба – это просто конкуренция.

- Сейчас какой-то контакт с клубом или с болельщиками есть?

- Контакта с французами сейчас нет. Тебе трудно понять меня, мне никуда не хочется ездить. Всё связано со здоровьем, я на протяжении последних 5-6 лет вообще никуда не хотел ехать. Сейчас вот ребята в Испанию и в Турцию летят. Я решил, что тоже полечу. Какой-то интерес появился.

Сборная или надежда умирает, но не сдается

Середина интервью - и уже понятно, что Черенкова невозможно разозлить. Но тут он начинает говорить предельно жестко. Правда, заканчиваются 5 минут гнева все равно верой в успех и этой неподражаемой улыбкой хорошего человека. Он слишком честен для дешевых сенсаций.  
 
- Какое у Вас впечатление от матча Румыния – Россия?

- Команда играла просто товарищеский матч. Я не хочу сказать, что безответственно, но где-то близко к этому. Такое ощущение, что вышли на Чемпионат Европы и больше нам ничего не надо, вышли поиграть. И то, что нам дали по голове 3-0, это очень вовремя. В первую очередь, это должно подхлестнуть игроков, потом тренеров. Потому что так относиться к игре, не то, как играли, как относились к игре, какие ошибки совершали, когда пропускали мячи, так играть просто нельзя! Такое ощущение: я вышел играть во дворе, я вот так вот играю, мне потяжелее стало – я не побежал, легче стало – я пробежался побыстрее, то есть полная безалаберность.

Вся команда сыграла плохо. Каждый футболист должен вынести такой вердикт себе, что он не имеет права так играть за сборную ни на Чемпионате, ни в товарищеских играх. А Румыния играла именно в тот футбол, в который уже годами играют все самые ведущие команды Европы и мира, в атакующий, с разнообразными комбинациями, с очень быстрым переходом от обороны к атаке, построенным на игре в мелкий и средний пас. Наши игроки не успевали даже перейти от атаки к обороне, как румынская сборная уже доставляла мяч вперед. В матче с Румынией было видно, что не хватает Аршавина.

- Есть ли замена Аршавину, как лидеру в сборной?

- У Семшова есть задатки такого лидера. Но ему нужна обстановка, когда в него верят, он может быть лидером, он может вести комбинационную игру.

Зырянов. Тоже не сразу, а когда он на подъеме, он может хорошо контролировать середину поля, игру в центре.

А кто имеет больше шансов стать лидером или кто им будет, определяет тренерский состав. Потому что одно дело на поле, другое в жизни. Бывает так, что в жизни есть лидер, а на поле, в игровых действиях он не заметен. Но видно, как он руководит игрой, и между игроками ясно, что именно этот человек ведет игру команды, подсказывает: ты иди налево, ты беги вперед, а ты закрой игрока. Это зависит от характера игрока и выбора тренеров, на кого они возложат особую роль, роль инициативы в атаке

- Чего нам ждать от Евро? У вас есть прогнозы?

- Прогнозов нет, есть надежда. Надежда, что мы окажемся в финале. (Улыбаясь) А почему бы и нет? Знаете, как с игроками ЦСКА, которые говорили «дойти бы до финала, а там разберемся», и выиграли!

- В случае с «Зенитом» у вас прогнозы или тоже надежда? (разговор проходил до игр с «Байером»)

- Я думаю «Зениту» не нужно откладывать завоевание Кубка УЕФА в долгий ящик. Надо все приложить для победы. Команда на ходу, играет в хороший футбол. В игре с «Рубином» было видно, что они подустали, последние минут 15-20, у них уже не было внутреннего движения вперед. Но у них за десять дней было 4 игры. Это большая нагрузка на футболистов, немного ножки подсели. Но ничего, сейчас восстановятся и нужно выигрывать Кубок УЕФА.

- Сейчас какой-то контакт с клубом или с болельщиками есть?

- Контакта с французами сейчас нет. Тебе трудно понять меня, мне никуда не хочется ездить. Всё связано со здоровьем, я на протяжении последних 5-6 лет вообще никуда не хотел ехать. Сейчас вот ребята в Испанию и в Турцию летят. Я решил, что тоже полечу. Какой-то интерес появился.

Моя ответственность

Большой спорт сложно представить без больших денег - нужные люди, нужные связи, в нужное время в нужном месте с нужной суммой. А вы попробуйте.  
 
- В какой момент мальчишка из дворового игрока превращается в футболиста? 

- У каждого игрока разное время. Были ребята, которые начинали играть в футбол после 13-14 лет, в возрасте уже. А был случай при Бескове Константине Ивановиче. Чернокожий футболист – не любят они, когда их неграми называют – Провинциал мы его звали. В 16-17 лет его пригласили в дубль попробовать, он к мячу не умел подойти. За год он уже стал игроком дубля, вот так приспособился.

- Как часто детишки сами к вам приходят?
 
- Мне часто звонят, говорят: «Федор, не мог ли бы ты поговорить, чтобы ребят посмотрели». Сами ребята звонят, родители, через знакомых. Стесняются сами – «Спартак» же. Я прихожу на тренировки к директору школы: "Можно мальчика 93-го года посмотреть?".

- У вас социальная ответственность?

- Внутренняя ответственность, хочется дать возможность ребятам пройти проверку и, если подойдет, играть.

- Что можете им предложить?

- Возможность потренироваться, показать тренеру. Если будет заинтересован – возьмет. Конечно, из других городов тяжелее – найти место, где жить, школу найти. Приезжают с родителями, с тренером.

- Сейчас молодежь уже с 15-16 лет только в футболе, дальше – расчет на тренерскую карьеру какую-то. Это нормально?

- Сейчас вообще молодежь более умная, чем мы были, они начинают думать, что будет дальше. А мы в то время не думали. У нас было как: вот работа, вот учеба, вот общественная работа: общественно-народная дружина, по улицам порядок посмотрел, полы натер - все было ясно, чем ты будешь заниматься. А сейчас все более расплывчато занятий масса, как бы не ошибиться. Молодежь уже начинает себе это представлять, и это правильно. У них стратегическое мышление более развито, на перспективу смотреть, анализировать, где я буду больше нужен. Интеллектуально сейчас более развита. Даже смотришь передачи, дети на скорость на вопросы отвечают, смотришь и удивляешься, откуда такие знания.

Но физически, мне кажется, молодежь слабее стала. Даже внешне посмотришь – хрупкие стали. Пиво, сигареты, раньше очень строго с этим было вплоть до отчисления из школы, целая история, а сейчас и покуривают, и пиво пьют, и наркотики - раньше и слова-то такого не знали «наркотики».

Но вы не представляете, как они сейчас красиво работают с мячом, мы так с мячом не работали. Так красиво, так приятно смотреть. Так интересно, даже заводит. 

 Я не пропащий человек, можете быть спокойны!

За все время интервью ни разу не притронулся к фруктам и сладкому. В перерыве просит простой воды, пьет из большой кружки с логотипом "Спартака" - единственный атрибут, указывающий на то, что мягкий и крайне обаятельный гость в студии - великий спортсмен, настоящая легенда.   
 
 - Образ у вас – добрый, мягкий. Есть расхожее мнение, что футбол – жесткая игра. Трус не играет в хоккей, футбол требует жесткости, агрессии, настойчивости. А в вас этого, судя по интервью, нет.

- Какой я есть, такой я есть. Этот характер не дает мне возможности быть руководителем, тренером. Где нужно требовать, спрашивать. Не могу сказать, чтобы я от этого сильно страдал, но переживал. Хотя в школе был упрямый такой мальчик, настойчивый. Если что-то доказывал, покамест не докажу, не успокоюсь.
 
 - Когда Вы играли, были полностью увлечены футболом, и вот вы вынырнули из этого мира, тяжело было?

- Мне кажется, что я отстал на несколько десятилетий. Я сижу перед компьютером тыкаю пальцем в клавиатуру, сын быстро делает, а я пока там мышку подведу, две минуты пройдет. Просто понимаешь, что отстаешь и всё – это нормально.

А мир насколько разнообразен. Я и раньше видел – как футболист поездил, но мне не столько было интересно смотреть, сколько интересно играть там. Гиперболическая направленность на футбол у меня.

 - А сейчас хочется погонять, хватает игр?

- Редко, сейчас физическое состояние не дает возможности погонять. Вот сегодня тренировка, в частности. Я поеду, желание подвигаться есть, но вот чтобы гоняться, как в молодости – желания нету, я уже так не смогу.

 - Для Вас, когда вы играете, важен личностный контакт с партнером,  как вы общаетесь вне игры?

- Футбол такая игра... Вы знаете, я приезжаю, например, ребята играют на коробочке.
- Ребят, можно поиграть, я посчитал, у вас одного не хватает.
- Заходи, играй!

- То есть, в принципе, Вас можно позвать с нами поиграть, если Вы свободны?

- Пойдём, попробуем. У меня тогда сегодня двухразовая тренировка будет, сначала с вами, потом с ветеранами. 

- Спасибо! Прощальный матч часто вспоминаете?

- Нет.

- Каким по эмоциям был тот день?

- В тот день было конечно что-то такое, какой-то рубеж состоялся. А сейчас уже чем дальше время, тем спокойнее вспоминаешь.

- А чем вы сейчас занимаетесь?

- Играю за ветеранов. С 4-ого апреля буду консультантом 95 года рождения в школе «Спартака». Буду консультантом, не тренером, то есть будет советоваться со мной тренер, что-нибудь интересное увижу - подскажу.

- Когда приходится общаться с такими ребятишками, им имя Черенков что-то говорит?

- Ребята с уважением относятся. Я заметил, приходя на тренировку, ребятишки узнают, здороваются, такие у них улыбки. Молодежь читает, хорошо знают историю, не то что мы какими-то незамеченными остаемся. Очень приятно, что молодежь знает ветеранов.

- А вообще известность остается, на улицах часто подходят?

- Узнавать узнают, но подходят уже реже. Так взглядом встречаемся, и чувствуется - узнал человек. Раньше было больше о чем поговорить: как играли, как прошла игра. В метро уже реже подходят, очень редко. Так взглядом увиделись – здрасте-здрасте взглядом.

Зато много людей, кто мне сейчас помогает. Хочу выразить благодарность ребятам из ветеранской команды, которые мне всегда помогают в трудную минуту, друзьям, в частности спартаковским болельщикам. Николай и Фёдор из Санкт-Петербурга, Александр Владимирович и Альберт Григорьевич из Москвы, они знают, им я думаю, будет приятно. Мне болельщики помогают и морально, и даже материально. Болельщики недавно машину подарили, езжу сейчас на «десятке». Очень приятно, я экономлю время.

- От клуба какая-то помощь есть?

- В клубе мне платят по договору как бы пенсию. Так что я в этом отношении спокоен.

- Недавно прозвучало высказывание хозяина "Спартака" Леонида Федуна про то, что он не считает нужным как-то отдельно помогать…

- Нет, всё нормально. Это было заведено ещё во времена Олега Ивановича Романцева, он пенсию поставил ветеранам, мне так как я часто болел тоже назначил. И вот сейчас это продолжается до сих пор. Это очень поддерживает меня в финансовом плане.

- Кто из команды помогает? С кем близкие отношения?

Общаюсь я с Сорокиным Александром, с Егоровичем Владимирычем, я его зову Владимирычем, С Егоровичем Вячеславом, с Кокоревым Александром Михайловичем, с Хидиятуллиным Вагизом. Борис Поздняков, Пятницкий, Кульков, Мамедов – все ребята, с которыми мы играем, они все помогают. Цымбаларь реже приходит на тренировки, но тоже.

Так что я не пропащий человек, можете быть спокойны, не беспокойтесь!

Источник: http://www.top4top.ru

Комментарии: